ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Всё же Макс успел. Русско-японская война началась так же, как и в реальности, советы и информация не помогли. Однако благодаря Максу дальше история повернула немного в другую сторону. Но в войну решила вмешаться третья сторона, и делает это, как всегда, нагло и цинично. © Поселягин В.Г., 2017 © Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2017 © «Центрполиграф», 2017 Порт Владивосток. Офицерская палата военного госпиталя Полтора месяца спустя. 6 мая. Полдень Открыв глаза, я медленно, с некоторым трудом повёл ими из стороны в сторону, – была сильная слабость после долгой болезни, – поворачивая голову. Больничная палата. Чёрт, как же я так опять, а? Сидевшая рядом сестра милосердия, заметив, что я очнулся, оживилась и, дав мне напиться, выбежала из палаты. А через час, в который я прокручивал перипетии последних сражений, когда после купания в ледяной воде – минировать английский броненосец пришлось лично – меня свалила горячка простуды, двери вдруг распахнулись и широким шагом в палату вошёл адмирал Макаров, свита, видимо, осталась снаружи, а за ним…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Я говорю: второй – это «Баян».

– Уверен?

– Да, я видел его после поднятия в бухте Порт-Артура и восстановления. Он. Не все корабли там ваши моряки успели взорвать или потопить, но «Баян» успели. Правда, он не взорвался, просто утонул. А второй не знаю, что за корабль.

– Я знаю, в штабе флота уже опознали его. Это «Адзума» французской постройки. О «Баяне» не говорили. Думали, это один из японских крейсеров. Лётчикам уже указали слабые места на палубе крейсера, хотя не думаю, что те смогут произвести точные бомбометания.

– С какой высоты бомбить будут?

– Триста метров. Ниже нельзя, если будут попадания, своими же осколками достанет… Снимай, ведущий под управлением Кулагина пошёл боевым курсом.

Крейсеры не делали противовоздушных зигзагов, они ещё не знали, что это такое. Кулагин был жёстко проинструктирован, КАК нужно заходить на боевые корабли для бомбардировки, так что, сделав разворот, он повёл бомбардировщики на «Баян» со стороны кормы. Так площадь накрытия больше, как и шансов попасть в корабль. Бывший «Баян» шёл вторым в ордере, поэтому неудивительно, что атаку начали с него. Вот Кулагин, сбросив скорость, догнав крейсер, нажал на сброс, и вниз посыпались сотки. А бомбардировщик, ревя двумя моторами, стал уходить влево, давая доступ следующим воздушным судам.

Штабс-ротмистр отбомбился на удивление точно, из пяти соток две попали в цель. Точно в боевую рубку и у головного орудия. Японцы оборудовали их щитами, но расчёты это не спасло, их снесло с палубы, где разгорался пожар. Крейсер вильнул и пошёл на циркуляцию. Тут Кулагин поступил правильно. Замахал красными флажками и велел идти остальным на второй крейсер. Второй бомбардировщик заход сделать не успел, проскочил, поэтому пошёл на разворот, в принципе как и три следующих за ним бомбардировщика, а вот пять остальных курс сменить успели и вышли точно на корабль. Первый заход – мимо, фонтан у борта, однако детонатор от удара о воду не сработал. Второй заход – бомба легла у носа и, что хорошо, сработала, нос крейсера подкинуло, но он только прибавил ход. У третьего пятисотка тоже легла у борта, Эрих ругался за спиной, но четвёртому повезло, попадание в корму. Бомба рванула и взрывной волной сбила с боевого курса пятый бомбардировщик, за которым уже пристраивались те, кто не отбомбился. Лётчик смог выровнять самолёт и стал отворачивать, чтобы повторить заход.

Когда дым рассеялся и ещё до того, как на «Адзуму» посыпались следующие бомбы, мы с Эрихом рассмотрели повреждения, нанесённые бомбой. Да, такие повреждения, однако, очень серьёзны. Корма была разворочена, орудия отсутствовали, их снесло в воду. Палуба пошла волнами, в месте разрыва – «розочка», изувеченной брони концами внутрь.