ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие первой части основной трилогии «Основание» разворачивается в далеком будущем, когда заселены планеты миллионов звездных систем Галактики. Математик и психоисторик Хари Сэлдон предсказывает крах и возрождение через много лет несокрушимой Галактической Империи. Чтобы смягчить последствия катастрофы, он разрабатывает проект создания Основания, которое должно стать центром зарождения новой Империи... Часть первая. Психоисторики Хари Сэлдон — …родился в 11968 г. Галактической эры, скончался в 12069 г. Обычно эти даты даются в текущем исчислении эры Основания: 79-й год будущей эры (б. э.). Родился на Геликоне, зона Арктура, где его отец, если верить сомнительной легенде, занимался выращиванием табака на гидропонных плантациях планеты, и с малых лет проявил незаурядные способности к математике. Многочисленные рассказы о том, как проявлялись эти способности, анекдотичны и часто противоречат друг другу. Говорят, что в возрасте двух лет… …Несомненно, что самый большой вклад был сделан им в области науки, называемой психоисторией. Сэлдон рассчитал поле, как ряд непонятных аксиом. Этим он значительно углубил и дал полную картину статистике, как науке…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С вежливой и ничего не выражающей улыбкой он слушал быструю скороговорку Пирени, пока они шли по большим хранилищам фильмотек и записей.

И только после того, как они спустились этаж за этажом вниз, осматривая корректорские отделы, печатные отделы фильмотек, он сделал свое первое исчерпывающее замечание.

— Все это очень интересно, — сказал он, — но, по-моему, это несколько странное занятие для взрослых людей. Что в этом хорошего?!

На эти слова, как заметил Хардин, Пирени даже не нашел, что ответить, хотя выражение его лица было достаточно красноречивым.

Вечерний обед был зеркальным повторением событий дня, так как Родрик захватил всю беседу в свои руки и с большой дотошностью, с мельчайшими техническими деталями описывал сражение своего батальона в недавней войне Анакреона и соседнего заново провозглашенного королевства Смирно.

Суб-префект не умолкал до тех пор, пока не закончился обед и мелкие чиновники один за другим не покинули помещения. Последний рассказ о триумфальной битве битве его космического флота он закончил, сопровождая Пирени и Хардина на балкон, где они уселись в кресла, наслаждаясь теплым летним вечером.

— А теперь, — сказал он тоном твердым и в то же время игривым, — поговорим о серьезных вещах.

— Давно бы так, — невнятно пробормотал Хардин, закуривая длинную сигару из табака Веги и откинувшись вместе с креслом назад.

Высоко в небе сияла Галактика, и ее туманные звезды простирались от горизонта до горизонта. По сравнению с ними видимые рядом звезды казались песчинками.

— Вне всякого сомнения, — сказал суб-префект, — формальное обсуждение, подписывание бумаг и прочие технические подробности мы завершим перед… как вы его называете свой Совет?

— Комитетом, — холодно ответил Пирени.

— Странное название! Но как бы это не звучало, это будет завтра. А сейчас мы можем договориться здесь, между собой, как вы считаете, а?

— И это значит… — вставил Хардин.

— Это значит, что теперешняя ситуация несколько изменилась. На периферии Галактики произошли некоторые перемены, а, следовательно, статус вашей вашей планеты стал несколько неопределенным. Будет крайне удобным, если мы с вами придем к соглашению по поводу того, как обстоят дела. Кстати, мэр, у вас не найдется еще одной такой сигареты?

Хардин уставился на суб-префекта и с неохотой протянул ему сигарету. Ансельм от Родрик понюхал ее и от удовольствия цокнул языком.

— Табак с Веги! Откуда вы их достали?

— Мы получили немного при последней транспортировке. Их почти уже не осталось. Один космос знает, когда мы получим еще — если вообще когда-нибудь получим. Пирени закашлялся. Он не курил и поэтому ненавидел запах табака.

— Давайте объяснимся, ваша светлость, — сказал он.