ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие первой части основной трилогии «Основание» разворачивается в далеком будущем, когда заселены планеты миллионов звездных систем Галактики. Математик и психоисторик Хари Сэлдон предсказывает крах и возрождение через много лет несокрушимой Галактической Империи. Чтобы смягчить последствия катастрофы, он разрабатывает проект создания Основания, которое должно стать центром зарождения новой Империи... Часть первая. Психоисторики Хари Сэлдон — …родился в 11968 г. Галактической эры, скончался в 12069 г. Обычно эти даты даются в текущем исчислении эры Основания: 79-й год будущей эры (б. э.). Родился на Геликоне, зона Арктура, где его отец, если верить сомнительной легенде, занимался выращиванием табака на гидропонных плантациях планеты, и с малых лет проявил незаурядные способности к математике. Многочисленные рассказы о том, как проявлялись эти способности, анекдотичны и часто противоречат друг другу. Говорят, что в возрасте двух лет… …Несомненно, что самый большой вклад был сделан им в области науки, называемой психоисторией. Сэлдон рассчитал поле, как ряд непонятных аксиом. Этим он значительно углубил и дал полную картину статистике, как науке…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ваше умение подбирать слова просто изумительно, Хардин, но не к месту. Кстати, вы не забыли моего мнения об открытии сейфа еще три недели тому назад?

— Да, помню. Я не отрицаю, что с точки зрения дедуктивной логики оно было чем угодно, только не глупостью. Вы говорили, остановите меня, если я ошибаюсь, что Хари Сэлдон был величайшим психологом во всей Галактике, и что, следовательно, он мог предвидеть то неприятное и опасное положении, в которое мы сейчас попали, что, следовательно, он основал свой для того, чтобы указать нам выход из трудных положений.

— Вы поняли сущность моей идеи.

— Вас не удивит услышать, что я думал над ней все три недели?

— Очень лестно. И какой результат?

— А результат тот, что выводы явно неверны. И опять не надо ничего, кроме крохи здравого смысла.

— Например?

— Например, если он предвидел опасность с Анакреоном, почему бы не поместить нас на какую-нибудь другую планету поближе к Галактическому Центру? Хорошо известно, что Сэлдон ловко сманеврировал, когда Комитет Безопасности на Транторе приказал устроить Основание на Терминусе. Но для чего он это сделал? Зачем вообще помещать нас именно здесь, если он мог предвидеть разрыв коммуникаций, наше изолированное положение, угрозу со стороны наших соседей и нашу беспомощность из-за отсутствия металла на Терминусе? Это во-первых. Или, если он знал все это, почему не предупредить заранее первых поселенцев так, чтобы у них было время подготовиться, а не ждать, пока они одной ногой будут стоять в могиле, что по вашему, он сделает? И не забывайте еще одного. Даже если он мог предвидеть проблему тогда, мы также хорошо можем увидеть решение ее сейчас. Следовательно, если он уже тогда знал решение, мы должны найти его сейчас. В конце концов Сэлдон не был волшебником. И нам никаким самообманом не избегнуть стоящей перед нами дилеммы: он это мог предвидеть тогда, а мы не видим этого сейчас.

— Но, Хардин, напомнил ему Фара, — мы действительно не видим!

— Но вы и не пытались! Ни разу. Для начала вы вообще отказались признать, что существует какая-то угроза. Затем вы абсолютно слепо поверили Императору! Теперь вы пытаетесь возложить все свои надежды на Хари Сэлдона. Все это время вы перекладываете ответственность с одних плеч на другие, и никогда ничего не пытались сделать сами.

Его руки непроизвольно сжались в кулаки.

— Это как болезнь. Условный рефлекс, который не дает вам думать, как только речь зайдет о признанных авторитетах. Вы не сомневались в том, что Император сильнее вас, ни в том, что Хари Сэлдон мудрее.

Все промолчали.

Хардин продолжил:

— И дело не только в вас. Дело во всей Галактике. Пирени слышал идею лорда Дорвина о методе научного поиска.