Сначала Тетаити перекинул ноги через банку, как будто хотел повернуться к Парселу лицом, и в конце концов повернулся, но не сразу, словно голова его неохотно следовала за телом. Тотчас брызги полетели ему прямо в лицо, и он еще сильнее нахмурил брови над резкими, застывшими чертами. Из-под тяжелых век зрачки, особенно темные на фоне ярких белков, сверкали со смущавшей Парсела силой. Опустив суровое лицо на руки и опершись локтями на длинные мускулистые ноги, такие гладкие и плотные, что, казалось, они обтянуты черным шелком, он замер, пристально глядя Парселу в глаза.
— Адамо, — произнесен торжественно. — Большая пирога перитани приходит к острову. Она приносит нам беду. Что ты будешь делать?
— Какую беду? — спросил Парсел.
— Такую же, как Скелет, — глухо ответил Тетаити.
Помолчав, Парсел сказал:
— Я сражаюсь против них.
— С оружием?
— Да, — твердо бросил Парсел. И добавил: — Но осталось только одно ружье.
— Осталось два ружья, — сказал Тетаити.
В глазах его сверкнул темный пламень, и он добавил с торжеством:
— Я спрятал ружье Меани.
Затем он продолжал сдержанно и тихо, как будто делал отчаянные усилия, чтобы преодолеть волнение.
— Ты возьмешь ружье Меани?
— Если они причинят нам вред, да.
— Ты будешь стрелять из ружья Меани?
— Да.
— Ты, перитани, будешь стрелять в других перитани?
— Да.
Наступило молчание, и, так как Тетаити ничего не добавил, Парсел спросил:
— Зачем ты поехал со мной на пироге?
Тетаити, казалось, не рассердила прямота вопроса. Он ответил не задумываясь:
— Чтобы посмотреть, хороша ли она.
— А если она плоха?
— Она не плоха, — ответил он сухо.
Парсел проглотил слюну и постарался заглянуть ему в глаза. Но он их не увидел, Тетаити уже опустил веки, как будто двери закрылись.
Минуту спустя он перенес ноги через банку, повернулся к Парселу спиной и бросил не оборачиваясь:
— В пироге много воды.
Парсел взглянул на решетчатый настил на дне шлюпки. Действительно, лодка стала набирать воду. Для тревоги не было оснований, но ее следовало вычерпать.
— Возьми руль, — сказал Парсел.
Тетаити встал, ни слова не говоря. Взяв руль, он нечаянно коснулся руки Парсела, но не поднял глаз.
Парсел отцепил ведро, висевшее в кокпите под банкой, поднял стлани и принялся вычерпывать воду. Чтобы дело шло быстрее, он стоял согнувшись, почти не поднимая головы, но по свисту в снастях наверху понял, что ветер крепчает.
Тетаити тронул его за плечо. Парсел выпрямился.
— Смотри!
Остров на горизонте казался не больше утеса, а позади него, над самой водой, закрывая всю южную часть неба, вытянулась длинная чернильно-черная туча. Парсел огляделся вокруг. Море вздулось и рокотало. На волны, бежавшие к северу, налетали сбоку другие, бегущие с юго-запада, и смешивались в водовороты.






