ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Спасая девушку, я умер – и оказался в другом мире. В теле подростка. Что это: проклятье или награда? Я в мире магии, но как маг – полный ноль. Смогу ли я найти свое место в новом мире? Да, герой будет развиваться; да, его ждут трудности. Ему предстоит найти друзей и завести врагов, но не ждите от него слишком многого: все-таки он – обычный парень, попавший в другой мир… Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону © Константин Вайт, 2022 © ООО «Издательство АСТ», 2022 Солнечный остров и расположенный на нем дворец заливал яркий свет звезды. Здесь никогда не наступала ночь – в том виде, к которому привыкли люди. Ведь все знают, что ночь приходит тогда, когда планета поворачивается другой стороной к солнцу, принося одной половине прохладу и темноту ночи, другой же даруя тепло и свет солнца. Остров парил на недостижимой высоте над планетой. Он всегда находился на одном месте, поддерживаемый магией и силой веры бесчисленного числа людей различных миров. Здесь всегда было солнечно и никогда не наступала ночь. Но если раньше солнце освещало шумный двор и радостные лица, искрилось в струях фонтанов и веселом смехе жителей острова, то сейчас оно выжигало пыльную заброшенную площадь, разрушало своим жаром белые стены замка, образуя на них бесчисленное количество трещин. Оно не дарило радость, как это было в прежние времена, – оно обнажало все изъяны острова, беспощадно и равнодушно.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Десять лет, – тихо произнесла Лучезарная, – десять лет в твоем мире. В моем же пройдет столетие. Это слишком долго, – она задумалась, потом встрепенулась и посмотрела на жреца. – Озаренный точно владеет медитацией! Он смог попасть в мой мир, значит, знания и умения у него есть. Я видела, как засветилось его сознание.

– Как такое может быть? Мальчишке всего четырнадцать лет, и я узнавал – он нолик. Он не может владеть медитацией, я выдернул его из серого мира. В тех мирах не знают магии и не могут проникать в другие слои сознания. – Жрец печально покачал головой, и его усталые плечи опустились еще ниже. – Вряд ли это тот мальчишка.

– Все-таки присмотрись к нему. Чудеса случаются. Я не знаю, откуда нам ждать помощи, и готова хвататься за любую соломинку. Приведи его в мой храм, тем более он дружен с твоей внучкой. И продолжай ее обучать. К сожалению, я не обладаю нужными знаниями, позволяющими повергнуть бога зверей с его стаей. Но жрецы раньше могли намного больше и оказывали существенную помощь. Мы должны начать с моего мира. Надо разжечь алтарь веры в моем храме. Я устала бездействовать, – ее решительное лицо было прекрасно, но никто, кроме жреца, его не видел.

– Я все сделаю, Лучезарная, но моя жизнь на исходе.

Богиня подошла к старцу и опустила руку ему на голову. Ничего не произошло. Она недовольно сжала губы и покачала головой:

– Ты слишком стар. Я ничем не могу тебе помочь. Обратись к другим жрецам. У вас, в Кируне, раньше их было очень много, неужели сейчас нет достойных?

– Нас осталось совсем мало. А новички молоды и глупы. Ими не всегда движет вера, намного чаще – жажда силы. Нужно много лет, чтобы их обучить и воспитать. Сильнейшие жрецы и подающие надежды юноши гибнут на войне, не закончив обучения. А такие древние старики, как я, уже мало на что годны.

– Вас сгубила гордыня, – презрительно произнесла богиня, – зачем вам понадобилась власть над княжеством, когда я могла дать вам власть над всеми мирами?!

– Я не участвовал в заговоре, я тогда еще даже не родился. Но, судя по летописям, власть над княжеством была рядом – только протяни руку, а власть над мирами давалась тяжело, потом и кровью. Многие решили выбрать более легкий способ и поплатились за это.

– Глупцы! Они даже не посоветовались со мной. Я могла бы им помочь, но именно в то время была слишком ослаблена противостоянием в другом мире. Какие глупцы, – тихо произнесла она.

Было видно, что богиня потеряла интерес к разговору, задумавшись о чем-то своем. Жрец постоял еще немного и, с трудом перебирая ногами, покинул залу.