Я обещал перезвонить. Закончил я обдумывать свой план, уже когда шли последние репетиции мюзикла. Ну, Харри? Пойдет?
Харри покачал головой. Шум воды в ванной не прекращался. Сколько же времени она еще будет принимать душ?
— Мне нужны подробности.
— Это уже технические моменты, — отмахнулся Вилли. — Разве это интересно?
— Мне — интересно.
— Ну хорошо. Первым делом нужно было придумать Свену Сивертсену характер. Раскрывая персонаж перед публикой, главное — показать, какие мотивы им движут, о чем он мечтает, чего хочет. В общем, все, что придает образу живость. Я решил представить его убийцей без рационального мотива, но с сексуальной потребностью ритуальных убийств. Я не скажу ничего нового, но главное было сделать так, чтобы все жертвы — кроме матери Сивертсена — были выбраны будто бы случайно. Я почитал о маньяках и узнал пару занятных деталей, которые решил использовать. Например, связь между маньяком и его матерью или выбор Джеком Потрошителем места преступления, в котором следователи усматривали код. Тогда я пошел в Бюро городского планирования и купил там точную карту центра Осло. Вернувшись домой, я провел линию от дома на Саннер-гате до того дома, где живет мать Свена Сивертсена. Исходя из этой линии, я начертил точную пентаграмму и нашел адреса домов, расположенных ближе всего к другим концам звезды. Признаюсь, что чувствовал прилив адреналина, когда, склонившись над картой с карандашом в руке, представлял себе, что здесь — именно здесь — живет человек, чью судьбу я сейчас просто перечеркну. В первые несколько ночей я фантазировал, кем они могли бы оказаться, как могли бы выглядеть и какая жизнь у них была до сих пор. Но я быстро о них забыл, потому что они были неважны, это были эпизодические роли, бессловесные статисты.
— Строительный материал.
— Прошу прощения?
— Ничего. Продолжай.
— Я знал, что по «кровавым» бриллиантам и орудиям убийств вы обязательно найдете Свена Сивертсена. Чтобы усилить иллюзию ритуального убийства, я оставлял подсказки вроде отрезанных пальцев, пятидневных интервалов между убийствами, пяти часов вечера и пятого этажа. — Вилли улыбнулся. — Мне хотелось, чтобы это было не слишком просто, но и не слишком сложно. И немного забавно. В хороших трагедиях всегда есть юмор, Харри.
Харри приказал себе сидеть смирно и спросил:
— Первый пистолет ты получил за несколько дней до первого убийства — Мариуса Веланна. Верно?
— Да. Он лежал в урне во Фрогнер-парке, как и было условлено.
Харри затаил дыхание:
— И каково это, Вилли? Каково это — убивать?
Вилли оттопырил нижнюю губу, словно задумался над ответом:
— Они правы — те, кто говорит, что первый раз самый сложный.






