ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». Морпех-2 Олег Таругин Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». ==================== Пролог Пролог Новороссийск, наши дни — Тебя тоже Егорыч ни с того, ни с сего вызвонил? — поздоровавшись с товарищем, осведомился Лешка Семенов. — Ну, да, иначе с чего б я в выходной сюда приперся, — пожал плечами Ерасов, с сомнением оглядев запертую дверь штаба поискового отряда. — Не знаешь, что случилось? — Без понятия, Серег. Торжественное захоронение давно прошло, на коп вроде бы не собираемся, разве что кто из пацанов частным порядком на разведку рванет, лето же… короче, не в курсе. Еще и опаздывает. — Командир не опаздывает, командир задерживается, причем исключительно по уважительной причине! — внезапно раздавшийся за спинами поисковиков голос заставил обоих вздрогнуть. Несмотря на возраст, Виктор Егорович всегда подходил абсолютно бесшумно — сказывались два проведенных «за речкой» срока. А ведь вроде бы обычным сапером был… или все-таки не обычным? Про это Егорыч никогда не рассказывал — как, впрочем, и про остальные свои афганские приключения. А если напрямую спрашивали — только отмалчивался или парой-другой фраз уводил разговор в сторону… — Гадаете, зачем звал? — пожав ребятам руки, осведомился тот. — Есть причина, есть. Вот только поговорить о ней могу исключительно с вами, остальные, боюс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Впадать в панику второй номер расчета не стал — два проведенных на фронте года подобному как-то не способствуют. Карла, понятно, жаль, но это война. А на войне, как ни странно, убивают. Причем, с завидной постоянностью. Аккуратно разжав мертвые пальцы на рукоятке, он мягко оттолкнул камрада в сторону, изготавливая оружие к стрельбе. Ничего, сейчас фельдфебель Густав Мейер покажет, как воюют Gebirgsjäger! Указательный палец привычно лег на нижнюю выемку спускового крючка, отвечающую за автоматический огонь.

Последним, что он услышал, оказался срывающийся крик:

— Kamerad, schieß nicht! Wir gehören uns! Wir suchen russische Saboteure! Wir sind Ihre Hilfe![1]

Ни выстрелить, ни удивиться услышанному Густав уже не успел. Снайперская пуля навылет пробила его затянутый маскировочным чехлом защитный шлем. Заодно расплескав по стальным стенкам все то, что мгновением назад, собственно, и являлось фельдфебелем Мейером…

В следующую секунду вокруг стало очень шумно и смертельно опасно. Зарокотал пулемет Мелевича, свинцовой косой прочесывая заросли, где укрылись горные егеря. С обеих сторон гулко захлопали карабины, зашелестело несколько пистолетов-пулеметов и автоматов. Тщательно подготовленная засада в мгновение ока превратилась в разбившийся на отдельные очаги хаотичный бой, в котором охотники внезапно стали дичью, а дичь — охотниками.

И лишь один человек сохранял прежнее спокойствие, плавно перемещая ствол винтовки и нащупывая перекрестием оптического прицела свою новую цель. Ефрейтор Ивченко был хорошим снайпером, даже очень хорошим. В противном случае он просто не прошел бы без единой царапины путь от Одессы до Крыма, и от Крыма до Новороссийска. Но Николай умел сохранять спокойствие в любой ситуации. Даже в той, когда по гнилому выворотню над твоей головой лупят вражеские пули, осыпая спину и голову мелкой трухой и клочьями сорванного мха, и непонятно, шальные ли они, или по тебе уже пристрелялся кто-то из особо глазастых противников.

Поэтому у гауптмана Грубера и не оставалось особых шансов. Когда кто-то из русских закричал, требуя прекратить огонь, Феликс откровенно замешкался, судорожно просчитывая непонятную ситуацию. На то, чтобыосознать , что услышанное не может быть правдой; что никакихсвоих в радиусе нескольких километров просто нет, он потратил непростительно много времени, почти две секунды. И это оказалось ошибкой.

Но гораздо более страшной ошибкой стало то, что гауптман решил сменить позицию — разглядеть кричавшего со своего места он не мог никак, а разобраться в ситуации казалось крайне необходимым. Да и тот странный диверсант в немецкой каске и румынской шинели не шел из памяти. Вдруг они и на самом деле ошиблись, неким немыслимым образом столкнулись со своими?!

Шанса ошибиться в третий раз судьба ему уже не предоставила.