И вынырнул из него лишь к концу семнадцатого румба. На этот раз попросил чая. — С сахаром? Или рафинад вприкуску? От одной только мысли о сладком замутило, и я замотал головой. — Чай! Просто чай! Остальные тоже очухались, только на этот раз никто не стал распространяться о своих впечатлениях, ехали молча. Как ни странно, чувствовал я себя примерно так же как и на северной дуге первого витка. Пусть мы и стали ближе к Эпицентру на целый километр, никаких новых неприятных ощущений это обстоятельство не принесло. Но всё ещё изменится. Впереди нас ждала третья завеса. И я понял — не хочу. Не желаю терпеть эту пытку и дальше, изнывая от жары и тряски на жёсткой лавке. Только не в ситуации, когда достаточно лишь попросить и один из санитаров сиганёт со мной из кузова, а там уже ничто и никто не помешает улечься на траву и наконец-то расслабиться. Что удержало? Да уж точно не полтора витка, оставшиеся позади, и даже не восьмидневная поездка в плацкартном вагоне! Что тогда? Боязнь разочаровать товарищей и уронить себя в глазах Инги? Мои три заветных мотива? Лишь недавно осознанное желание обрести истинную силу? Нет, нет и нет! Ничего из этого не смогло бы заставить набраться терпения, спасла положение банальная логика. Ну а как иначе? Сейчас я на всех парах несусь к Западному лучу, откуда до пропускного пункта останется пройти два километра по прямой. И какой тогда смысл суетиться раньше времени, если и без того двигаюсь в нужном направлении? Опять же резонанс может случиться буквально в любой момент, Лёва тому примером. А ну как получится пройти инициацию ещё до конца этого витка? Нет, ну а вдруг? Где-то впереди в воздух взлетела зелёная сигнальная ракета, а минут через пять мы проскочили мимо стоявшей на обочине парочки: санитара и его подопечного. Последний проводил нас каким-то совсем уж тоскливым взглядом, и стало ясно: этот не вошёл в резонанс, соскочил, не дотерпев до Западного луча. И я скривился в горькой ухмылке, радуясь собственной предусмотрительности. Всё же хорошо обладать рациональным складом ума и не позволять эмоциям брать верх над разумом. Пересохшие губы лопнули, выступила кровь, но это настроения мне испортить уже не смогло. Я умный и предусмотрительный — чего не отнять, того не отнять. Лучше немного потерпеть, но зато не придётся ждать попутный транспорт и получится дойти до пропускного пункта своим ходом. Хватит с меня этих машин. На всю жизнь за сегодня наездился! Глава 3 Когда впереди замаячил столб с цифрой три, я испытал… разочарование. Всерьёз ведь рассчитывал войти в резонанс до конца витка, но никакого отклика не уловил. А, между тем, тридцать второй румб на исходе, вот-вот на новый заход пойдём. Я медлил и выжидал, кусал губы, прислушивался к собственным ощущениям. Три часа пытки.

Об этой истории
Тебе исполнилось семнадцать, за спиной гимназия, а впереди — серая служба: либо возиться с цифрами в конторе, либо сидеть за телеграфным аппаратом, и вся жизнь — между двумя получками. Попробуешь пробиться к лучшему через митинги — и не миновать ни высылки, ни каторги. Резонанс Павел Корнев Тебе исполнилось семнадцать, за спиной гимназия, а впереди — серая служба: либо возиться с цифрами в конторе, либо сидеть за телеграфным аппаратом, и вся жизнь — между двумя получками. Попробуешь пробиться к лучшему через митинги — и не миновать ни высылки, ни каторги. ==================== Часть первая: Инициация Часть первая: Инициация Глава 1 Первый резонанс у каждого уникален и неповторим. И речь вовсе не о том, что кто-то входит в это состояние легко и непринуждённо, а кого-то цепляет лишь на самых последних витках. Дело в эффекте. Одни начинают видеть звуки и чувствовать на вкус слова, другие обретают способность ощущать эмоции или принимать радиосигналы. Но иной раз голоса незримых собеседников в голове — лишь галлюцинации и не более того. Не самый плохой вариант, для окружающих — так уж точно. Бывает, соискатели делаются источниками теплового или электромагнитного излучения. Один такой уникум как-то даже запёк себя и пару товарищей собственными микроволнами, прежде чем санитары успели распознать побочный эффект резонанса и усыпить его хлороформом. Именно поэтому стихийных пирокинетиков сначала гасят инъекцией транквилизаторов и лишь после этого тушат — их самих и всё кругом. Но подо





