— Зачем? — удивился он.
— Да сельхозинвентарь особый заказать. Который к коню цепляется. Сеялки, косы на конном приводе и тому подобное.
— Это тогда нам лучше к Небесчетнову идти. У него мастерская, которая такой струмент делает, — покачал головой отец.
— Ну к купцу, так к купцу, — пожал я плечами.
Собравшись, мы поехали не к самому Ивану Небесчетному, а напрямую в его мастерскую. При ней была открыта и лавка, где продавался сельхозинструмент. В основном — самый простой, ручного типа.
Пока ехали, я попытался донести до отца свою мысль о пользе покупки хорошего инструмента для крепостных.
— С косами и серпами из доброго железа они быстрее свою работу справят. Без нашей помощи им такое не купить. И помнишь — мое предложение про трех сменную систему работы на полях? Я только для непогоды ее предложил, но ведь можно и в обычный день такое ввести. И тогда у них больше свободного времени появится.
— И для чего им свободное время? — хмурился отец.
— Так если мы мельницу будем ставить — то рабочих людей придется нанимать, чтобы ее сложить. А тут — можно будет лишь начального человека, который в кладке кирпича разумеет, нанять. А строить он будет руками наших крепостных. Им-то плату и поменьше можно будет положить, чем сторонним людям. И деньгу эту они потом у нас тратить будут. На ту же муку с той самой мельницы.
— Копейки совсем, — отмахивался отец, — а струмент добрый дороже выйдет.
— Так вспомни про ремесла, — продолжал я его уговаривать. — Коли кто из тех рабочих уразумеет, как кирпич класть добро, то потом и искать и нанимать начального человека на стороне не придется. А ежели нам еще что построить придется? Да и мало ли, какая погода будет. Вот они скосят сено — а потом дожди зарядят. И будут просветления лишь на день, за который все не соберешь. Сгниет сено под тем дождем. А со струментом добрым они быстрее справятся. И все на сеновалах лежать будет, под крышей, без опаски за сохранность.
— Хмм… все одно — много потратить придется.
— Так давай, сегодня вечером договоримся о новых портретах? Народу приедет на спектакль не мало. Кто-нибудь да пожелает себе купить. И вот эти деньги я тебе и верну за струмент?
— Ладно, — отмахнулся от меня отец, поняв, что я не отстану. — Будет тебе струмент для душ.
Мысленно я тут же потер руки. Убедил-таки отца!
Лавка располагалась на территории бывшего крестьянского подворья, а сама мастерская — на «задах» лавки, со входом с параллельной улицы. Подворье для лавки даже особо переделывать не стали. Деревянный дом, в котором жила крестьянская семья, так и вовсе не трогали. Там теперь управляющий лавки со своей родней жил. А вот сарай для скота переделали под саму лавку. С улицы прорубили вход, повесили над ним вывеску, да и остановились на этом.






