ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». Искупление Андрей Панченко Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». ==================== Глава 1 Глава 1 На пятый или шестой день, когда температура впервые почти сутки держалась ниже тридцати восьми и мне разрешили ненадолго садиться в постели, в палату вошли трое. Двое были в обычной полевой форме без видимых знаков различия, третий — в лёгком гражданском костюме, совершенно не подходившем для луандской жары. Старший, сухой мужчина лет сорока пяти с коротко остриженными седыми висками, остановился возле кровати и достал из нагрудного кармана удостоверение. — Подполковник Климов, Особый отдел аппарата Главного военного советника. Удостоверение он раскрыл всего на несколько секунд, однако мне хватило времени разглядеть фотографию, фамилию и красную печать. Он указал на второго военного, оставшегося у двери. — Капитан Серов. Затем повернулся к человеку в костюме. — Майор юстиции Лебедев, военная прокуратура. Лебедев положил на прикроватную тумбочку тонкую папку, вынул блокнот и сел на второй стул. Климов придвинул к кровати первый. Медсестра, которая как раз меняла флакон с раствор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Нырнув в заросли, я пробежал ещё метров пятьдесят и резко свернул вправо. Потом ещё раз. Главное — уйти от очевидного направления. Аэродром остался позади, но его было прекрасно слышно. Кричали люди, работали двигатели машин. Где-то завёлся ещё один джип. А потом издалека донёсся другой звук.

Несколько коротких свистков. Им ответили. Я остановился. Свист повторился уже ближе к аэродрому. Южноафриканцы. Значит, переводчик не соврал. Они действительно подходили и сейчас наверняка уже видели прекрасный сюрприз, который я им устроил: стрельба, трупы и улетающий самолёт.

Я проверил автомат. Магазин оказался почти пустой, и я сменил его на полный, убрав недобитый в разгрузку. Поправил рюкзак Йохана. Потом посмотрел туда, где за деревьями исчезла «Дакота». Теперь всё зависело от Громова. Если он сумеет дотащить эту старую развалину до своих, геологи будут дома. А мне предстояло сделать то, что за последние годы стало почти привычной работой. Остаться одному прикрывая чью-то жопу во вражеском тылу и постараться не сдохнуть. Я развернулся и пошёл глубже в буш.

Первые несколько минут я шёл быстро, но не бежал. Бежать хотелось. Организм требовал одного: как можно скорее увеличить расстояние между собой и аэродромом. Однако я слишком хорошо знал, чем заканчиваются такие забеги. Через полчаса выдохнешься, начнёшь цепляться ногами за корни, перестанешь смотреть по сторонам, а преследователи всё равно будут идти за тобой по следу.

Главное сейчас было не расстояние. Главное — заставить их потерять направление.

Я ещё раз свернул, прошёл метров двести почти параллельно аэродрому, затем резко взял на юго-восток. Направление было плохое, оно уводило меня совсем не туда, куда в конечном итоге требовалось попасть, но именно поэтому казалось правильным. Любой нормальный человек на моём месте попытался бы уходить к правительственным войскам. Значит, первые группы поиска наверняка отправят именно туда.

За спиной уже почти ничего не было слышно. Только где-то далеко несколько раз взревел двигатель автомобиля, потом затих. Стрельба прекратилась. Вот это мне совсем не нравилось. Когда противник стреляет, хотя бы понимаешь, где он находится. Когда он замолкает, значит начинает думать.

Я перешёл на быстрый шаг. Земля здесь была сухая, покрытая прошлогодней травой, песком и опавшими листьями. Следов оставалось немного, но для хорошо подготовленного следопыта этого вполне хватало. Сломанная веточка, перевёрнутый светлой стороной лист, примятая трава, царапина на коре. Сам я тоже уже научился замечать подобные мелочи и прекрасно понимал, что южноафриканцы умеют не хуже. Возможно, лучше. Да нет, даже наверняка лучше…

Минут через десять впереди появилась неглубокая промоина.