Я пригнулся и побежал вдоль края полосы, стараясь держаться за разбросанными ветками и кучами хвороста. Бежать быстро было нельзя. Резкое движение сразу бросается в глаза. Несколько шагов, остановка, ещё несколько. Самолёт ревел впереди, набирая скорость, и весь аэродром смотрел только на него. Получалось. Я уже добрался почти до края расчищенной площадки, когда справа взревел двигатель.
Из темноты выскочил джип. Тот самый, что я видел днём возле стоянки. В кузове на высокой турели стоял крупнокалиберный «Браунинг». Машина резко развернулась поперёк полосы и остановилась. В кузов уже возились двое бойцов. Я замер. Один схватился за рукоятки пулемёта. Второй открыл металлический ящик с лентой и начал подавать её к приёмнику.
Вот теперь стало по-настоящему плохо. До «Дакоты» оставалось метров триста. Она уже разгонялась, хвост начал подниматься, но от земли машина ещё не оторвалась. Боец у «Браунинга» развернул ствол вслед самолёту.
Я даже думать не стал. Упал на колено, вскинул R5 и поймал джип в прицел. Расстояние метров сорок.
Первую короткую очередь дал по пулемётчику. Он дёрнулся и рухнул назад, повиснув на борту. Подносчик ленты на секунду застыл, затем попытался схватиться за пулемёт. Вторая очередь свалила его внутрь кузова. Водитель открыл дверь. Третья очередь прошила дверцу и заставила его рухнуть обратно в кабину.
Тишина кончилась. Теперь уже точно. Со всех сторон раздались крики. Кто-то упал на землю, кто-то побежал к хижинам, кто-то вскинул автомат. Несколько человек одновременно повернулись в мою сторону. Про тихий уход можно было забыть.
Я сорвался с места и побежал к джипу. По земле рядом ударили пули. Я услышал знакомое злое «ф-фух» над головой, потом впереди фонтанчиком взлетела сухая земля. Стреляли пока беспорядочно. Никто ещё толком не понимал, кто враг и откуда я вообще взялся. Я добежал до машины, нырнул за неё и почти сразу получил первую очередь по кузову. Металл зазвенел, стекло осыпалось внутрь кабины.
Сзади ревела «Дакота». Я выглянул из-за колеса. Самолёт продолжал разгон. Громов, сука, давай!
Я запрыгнул в кузов. Мёртвый пулемётчик мешал добраться до турели. Я схватил его за разгрузку и столкнул вниз. Второй лежал прямо под ногами. Пришлось наступить на него коленом, чтобы добраться до пулемёта.
«Браунинг» оказался уже заряжен. Спасибо покойникам. Я передёрнул рукоятку, развернул пулемёт. Теперь всё изменилось. С автоматом против нескольких десятков человек я был просто покойником, которому забыли сообщить о смерти. С крупнокалиберным пулемётом шансы всё ещё оставались паршивыми, но разговаривать со мной становилось значительно сложнее.
Первым делом я дал длинную очередь по тем бойцам УНИТА, которые выбегали из хижин. Грохот ударил по ушам.






