В наши дни в нём расположился пафосный ресторан «Русская банька». Бывал, бывал. И по долгу службы бывал и просто так кутили. В «Правде», уступившей пальму первенства новым технологиям, но всё ещё держащейся на плаву, тоже бывал.
Меня отловили ещё на подходах.
— Егор? — отделился от кружка курильщиков крупный лысеющий мужчина. — Вот так сюрприз! Нашлась потеря.
— Не дождётесь! — хмыкнул я.
— А говорят, что-то там с тобой случилось.
— Брешут, — авторитетно заявил я, глядя в глаза собеседнику. — Без зазрения совести брешут.
— А где ж ты тогда был?
— В командировке.
— Как в командировке? А чего тогда Алла тут панику развела?
— Без понятия. Как раз иду к ней, заодно спрошу.
Мутный какой-то мужик. И глаза у него такие же мутные. Откровенничать с ним желания не возникло. Поищу кого другого.
Со следующим встречным мне повезло больше.
— Егор, — кинулся ко мне парень на лестнице. — Ты? Живой!
Меня затормошили, завертели в руках, охлопывая спину и плечи.
— Живой, живой, — усмехнулся я.
— Вот это ты нас напугал! Откуда? Что с тобой приключилось?
— Долго рассказывать.
— А если коротко? В двух словах.
— Если в двух словах, то я ничегошеньки не помню.
— Как это не помнишь? Ты не шутишь?
— Какие уж тут шутки. Ничего не помню, чистый лист.
— Эта, как её, амнезия, что ли?
— Во-во, она самая.
— Погоди. Ну меня же ты помнишь? Работу помнишь. Ещё что? Ты не переживай, мы тебе всё напомним. Ох, что тут без тебя было!
— Прости, дружище, но тебя я тоже не очень. Я себя-то не помню.
Парень отстранился, растерянно глядя на меня.
— Саша я. Милюков. А как же ты пришёл тогда?
— Ну так неделю и шёл. Дом свой только сегодня обнаружил. И то, если бы не Генка-сосед, так и скитался бы.
— Что же ты в милицию не пошёл? Тебя же в розыск объявили, мигом бы опознали.
— Вот об этом я не подумал.
— Алла тебя уже видела?
— Может и видела, её я тоже не знаю.
— Значит, нет. Если бы увидела, мимо бы точно не прошла. Так чего мы тут топчемся, давай к ней.
— Погоди. Я же по делу пришёл. Ты что-нибудь знаешь о моём последнем задании? Куда я в день пропажи ходил? С кем встречался?
— Это тебя волнует больше всего? Егор, тебя неделю не было! Все уже думали, каюк, не увидим тебя больше. Выловят труп потом в реке. А ты жив-здоров, только не помнишь нихрена.
— Вот потому и волнует. Слушай, найдётся здесь тихое место, где можно поговорить? Есть подозрение, что меня пытались убить. В квартиру проникли, перевернули всё вверх дном. Помоги вспомнить, будь другом.
— Убить⁈ Ничего себе, криминальные сводки. Ладно, идём. Там наверху сейчас самая жара. Номер верстается. Ну да я свой материал сдал, так что свободен. А Алла как раз засела с корректором. Поговорим — и к ней, хорошо?
— Да пусть человек спокойно работает.
— Какое уж тут спокойствие. Я всё еще не верю своим глазам, что ты вот он, рядом, и это не сон.






