Приправить это небольшими подарками и хорошо подвешенным языком…
— Что ж… вижу, вы в порядке?
Лейба закивал, сваренный агентом кофе взбодрил его и протрезвил необыкновенно.
— Замечательно. Раз так, пишите — сперва по Крестинскому вчерне, потом по его сторонникам, противникам.
— Зачем, позвольте полюбопытствовать? — Насторожился Лейба, — вы же всё знаете, кроме разве что деталей.
— Мы, — подчеркнул голосом Максим, глядя на него с лёгкой насмешкой, — знаем если не всё, то многое. Интересует ваша откровенность.
— Понял, простите…
— На первый раз прощаю, — серьёзно сказал Парахин, отставляя чашку, — а ещё открою вам небольшой секрет. Не исключено, что поможет в будущем. Описывая вроде бы хорошо известное, вы прежде всего структурируете свои мысли. Такие подробности из памяти вытащить можно, что удивитесь…
— Следователи! Точно! — Хлопнул себя по лысоватому лбу Лейба.
— Положим, не только следователи, — благосклонно кивнул Максим, — но мысль вы уловили. Так что пишите, Лейба, пишите…
[1]Общество PhiBetaKappa (англ. PhiBetaKappa Society) — старейшее почётное студенческое общество (изначально — братство) в Соединенных Штатах Америки, основанное 5 декабря 1776 года.
[2] Торгового представительства.
[3] Крестинский Николай Николаевич, старый большевик. В описываемое время полпред (посол) в Германии. Человек крайне нечистоплотный финансово, увлекающийся политическими и экономическими махинациями. Сторонник Троцкого. В 1938 году осуждён (связи с Германской разведкой, Троцким, подготовка партийного террора) и расстрелян. В 1963 реабилитирован, но скорее всего — зря. Впрочем, при Хрущёве реабилитировали всех жертв Сталина скопом, без особого разбора на невинных и виноватых.
----------
Глава 38
Глава 38
Резиденция Мартинов в Вашингтоне не впечатляла ни размерами, ни хорошим вкусом. Двухэтажный особнячок поразительно безлик снаружи, сливаясь с сотнями таких же стандартных особняков столицы США.
Внутри особняк сдержанно помпезен и официален, всё здесь призвано подчеркнуть старые деньги семьи. В общем-то получается, но нарочитая правильность одновременно даёт понять, что несмотря на допуск в политическую элиту США, позиции Мартинов далеко не на вершине Олимпа.
— Интересно, — разглядываю фотографии, прохаживаясь вдоль стен. Люди, в которых отчётливо проглядывалось семейное сходство с Заком, позировали с крупными политиками и предпринимателями.
— Так себе, — равнодушно отозвался Зак, — на втором этаже и в кабинете у отца есть по-настоящему интересные фотографии, а это так… стандартный набор. Показать?
— Будь добр.
Поднявшись на второй этаж, следующий час мы посвятили экскурсии в прошлое Мартинов.
— … это дедушка, — небрежно-равнодушно бросил Зак, — с Мак-Кинли[1] после охоты, приятельствовали.






