ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Максим Романов, владелец «Максима», сталкивается с жёстким предложением: его зовут в загадочную Игру, а в отказе грозят ликвидацией компании. Приходится подчиниться. Вместе с прочими участниками его доставляют в город, которого он не знает. На руках у всех — смарт-часы: они и команды передают, и определяют нахождение игрока. Никаких денег и вещей ни у кого нет, добывать пропитание надлежит самим. Началось. Но почему люди умирают? Максим лишь позже догадывается, ради чего всё затевалось. Психологический детектив с ошеломляющим итогом; герои детально выписаны, повествование мчит без провисаний. Образы так точны, что читатель найдёт в книге знакомые черты — свои или чужие. Пребывание за рубежом, работа бок о бок с иноземцами открыли автору мир чужих обычаев, подарив сюжеты и людские портреты, не придуманные, а увиденные в жизни.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Добротные ботинки на тонкой кожаной подошве, темные брюки, но не костюмные, без стрелок, белое поло и песочный пиджак. Короткие, темно-русые волосы, нарочитая трех дневная небритость, при этом имеющая четкий контур. Очки в тонкой оправе из белого металла. На первый взгляд ему не больше сорока двух-сорока пяти. Если не смотреть в глаза. А они тут очень интересные. Под широкими, выдающимися вперед надбровными дугами сияли яркие, живые и умные глаза. Даже я бы сказал, умудренные. Эдакие подуставшие, как будто они уже все видели и все понимают, но все еще испытывающие азарт от увиденного. — А почему бы и нет? — Станислав вскинул левую руку и взглянул на часы. Я не разбираюсь в аксессуарах, но на руке сверкнуло что-то очень стальное и скромное, всем своим неброским видом кричащее о большой стоимости. — А вы ругаться не станете? Я, признаться, не люблю неприятные разговоры за столом вести, это оскорбительно для шеф-повара. — А вы моего шефа оставили, или мои люди сейчас связанные лежат, смотрят, как на их кухне чужая команда орудует? — Ну за кого вы меня принимаете, право слово, ваши люди готовят, ваши. Но под руководством моего. Ваш шеф, за скромную сумму, согласился сушефом один вечер поработать. Я отметил про себя, что нужно будет разобраться, почему мои сотрудники берут деньги у чужих людей. Да да, это как в кинологии, в дрессировке собак. У моего сотрудника должен быть один источник дохода, «Максим». Повторюсь, я много требую, но и даю не мало. Так что, шефа для директорской столовой прикажу сменить. — Вы мне, Максим Александрович, так и не ответили, ругаться не намерены случайно? Корить за все те посягательства на ваше равновесие, что за последнее время вам устроили? — Оставьте, за что вас корить, а тем более ругаться с вами. — Я решил проверить одну свою неожиданную догадку. — Наоборот, я очень рад с вами встретиться, я признателен, что вы сегодня ко мне пришли, не стали тянуть. Рад настолько, что с удовольствием перед ужином шампанского бы выпил. — Вы замечательный человек, Максим Александрович, вы мне все больше и больше нравитесь. И ледяной брют сейчас был бы и правда очень уместен. У нас с вами, предвижу, разговор интересный получится, а с шампанским он еще и приятным станет. — Сказал и замолчал, как будто действие совершено, и больше ничего делать не нужно. Странно. Очень странно. Не может он не понимать, что я понимаю. А если он понимает, что я понимаю, то не может не понимать, что мои выводы о его роли прямо противоположны тому, как он себя в переговорах позиционирует. — Максим Александрович, да не оглядывайтесь вы так. Да, мы тут вдвоем. И да, я не передаю приказ об изменении меню, о приборах для меня и о шампанском ни по рации, ни по телефону. Да, вы верно уже просчитали, что нас слушают.