ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я окончил академию душеправа и готовился к тихой, размеренной жизни. Впереди маячили стабильность и успешная практика. Но всё пошло наперекосяк, когда к дверям родового поместья явился незнакомец, которого мне пришлось вытаскивать с того света. С этого момента моё существование перевернулось: я вступил в секретное общество, скольжу по теням и выручаю империю. Правда, за переработки никто не платит. Это старт цикла «Немодные книги» от Гоблина и Каина. Добротная боярка про душеправа, мечтавшего о покое, но унаследовавшего родовые обеты. Без всесильных героев и гаремных линий — зато с интригами, авантюрами и фирменным юмором авторов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вы ведь душеправ и понимаете, чем могут грозить такие знания.

— Да, конечно, — кивнул я.

Я и впрямь осознавал, что для Лазарева правда может оказаться сокрушающей.

— Темноглазый граф не показывал ему свое истинное лицо. Ему нужен был дезориентированный противник. А вовсе не обозленный и от этого закрывшийся в себе.

— И какую правду вы рассказали Лазареву?

— Мы сообщили, что одна из банд социалистов во главе со светлым иллюзионистом решила обманом захватить власть, — произнес Виктор после недолгого молчания. — Думаю, это прибавит освобожденному из подвала Лазареву желания бороться с уличной преступностью.

— Вот как, — пробормотал я, отметив про себя, как ловко Круглов обернул все в свою пользу.

Меня еще очень интересовал вопрос, каким образом Серым братьям удалось вывезти «Упырей» из элитной деревни. Но задавать его я не стал. Вряд ли Виктор станет рассказывать все подробности работы тайного братства.

— Вы поведали мне все это, так как уверены, что я не стану никому ничего рассказывать, да? — спросил я.

— Я знаю, что вы не станете делать глупостей. Считайте, что в вашем лице я доверяю вашей фамилии. Да и кто поверит в существование тайных сообществ? — мужчина усмехнулся. — Вы еще про заговор расскажите кому-нибудь, и после этого прослывете чудаком.

— Так и есть, — не стал спорить я.

— Не скрою, я заинтересован в том, чтобы вы стали частью нашей команды, — вздохнул мужчина.

— Что я могу дать вам? — спросил я, желая проверить предположения дядьки.

— Вы можете принести в Братство свой талант. А мы поможем его развить и усилить.

— Чтобы я отдал вам свое здоровье, как Петр, или жизнь, как отец? — уточнил я с деланным безразличием.

— Петр Феликсович сам ушел из нашего сообщества. По своей воле.

— Потому что он искалечен, — жестко напомнил я.

— От ран никто не застрахован, — мрачно согласился Круглов. — И от смерти тоже. Ваш отец погиб, защищая то, во что верил. Мало кто из воинов может надеяться на такую славную смерть.

— Славную? — я с трудом сдержался, чтобы не закричать. — Расскажите это мне, сыну, оставшемуся без отца. Что Юсупов предпочел умереть и оставить своего сына сиротой.

— Он защищал вас от всего скверного в этом мире, — хрипло заявил мужчина, и на секунду мне показалось, что через его кожу проступили кости черепа. — Мы боремся не с людьми, а со злом, которое уродует души. Мы защищаем наш мир, чтобы он не сгинул.

Я понял, что Круглов верит в каждое сказанное им слово. И для этого не было необходимости смотреть на его астральную проекцию.

Машина пересекла мост и въехала на остров Знати. Остановилась у ворот. Виктор обернулся и негромко произнес:

— Прибыли, Василий Михайлович.

— Спасибо, — ответил я.

— Простите, что разбередил раны, — было заметно, что мужчина осторожно подбирал слова.