— Поверьте, меньше всего я хочу, чтобы вы видели во мне врага.
— Я бы предпочел никогда вас не видеть, — честно признался я. — Всего вам хорошего.
Открыл дверь и вышел из машины. Распахнул калитку и вошел на территорию. Каждый шаг по дорожке меня успокаивал. Мне не хотелось, чтобы дядька увидел меня растревоженным произошедшим разговором. Поднялся по ступеням крыльца, отпер дверь и вошел в гостиную.
Остановился на пороге, осматривая холл. На мгновенье мне показалось, что в доме пусто, но тут послышался знакомый голос.
— Вернулся?
Дядя сидел в кресле и внимательно смотрел на меня. На столе стоял исходящий паром чайник и две новые чашки.
Я осторожно произнёс:
— Как видишь.
Пётр улыбнулся и сказал:
— Раз жив, то все прошло как надо. А я как раз чай заварил. Садись, выпей немного и расскажи, что и как сложилось.
Я покачал головой.
— Спасибо. Ты никогда не умел заваривать чай. И травиться мне не с руки.
— Думаешь, я дам тебе яд? — обиженно уточнил дядька.
— Не удивлюсь, если ты взял вместо трав какие-нибудь специи.
Старик недовольно нахмурился, замер на долю секунды, а затем ровно проговорил:
— Ну, не хочешь и не надо. Как прошла встреча?
— Отлично, — ответил я. — Семьи примирились. Столыпины не имеют претензий к Земсковым.
Мне показалось, что на долю секунды дядя нахмурился. А уголки его губ дернулись.
— Хорошо, — рассеянно протянул он, глядя куда-то сквозь меня. Петр словно о чем-то задумался и глубоко погрузился в свои мысли. Я же с удивлением рассматривал безразличного родственника.
— Тебе совсем неинтересно, что с Сергеем Ивановичем?
— Что? — рассеянно переспросил дядя.
А через секунду его взгляд снова сфокусировался на мне. И Юсупов дрогнувшим голосом уточнил:
— Прости, задумался. Что ты говорил?
— Тебе неинтересно, что случилось с Сергеем Ивановичем Лазаревым? — повторил я.
— Очень интересно, — буднично ответил дядя. — И что же? Надеюсь, он жив?
— Да, — сказал я. — Несколько месяцев он сидел в подвале собственного особняка. Но похищение его личины пошло Лазареву только на пользу.
— И чем же? — озадаченно хмыкнул дядя.
— Тем, что, играя роль Лазарева, Темноглазый граф провел для него очень хорошую предвыборную кампанию, — довольно ответил я, пристально глядя на дядьку. — Так что теперь, победа у Сергея Ивановича практически в кармане. А после того, как финансирование городских банд от Темноглазого графа будет прекращено, в столице восстановится порядок.
Юсупов кивнул.
— Отличная новость.
— Правду ты сказал, что неудачники всегда проигрывают. «Упыри» так и останутся в тени. Никто не узнает о том, что они живы. И их красные варежки так и останутся просто смешным аксессуаром.
Я вынул из кармана телефон, взглянул на экран, и с трудом сдержался от разочарованного вздоха.






