— Андрей улыбнулся. Казалось, это было так давно…
Аня открыла футляр и достала скрипку. Инструмент и правда, был старым, но состояние его оставалось превосходным. Андрей различил надпись, сделанную на неизвестном языке, которая покрывала деревянную поверхность. Аня провела по ней кончиками пальцев, и буквы едва различимо засветились.
— Только не суди меня строго, ладно? Я всё ещё учусь играть, — смущённо сказала она, готовясь.
Андрей кивнул, но когда смычок легко заскользил по струнам, то стало ясно, что судить Аня попросту не за что. Она прекрасно играла. Музыка, которая в один миг заполнила собой карету, удивительным образом сумела успокоить нервы Андрея. Он сам не заметил, как стал дышать гораздо ровнее. Казалось, даже мысли стали приятнее и светлее.
Он сидел, слушал, смотрел на красивое и доброе лицо Ани, и улыбался. Всё было так хорошо в этот момент. Страх и опасения за собственное будущее остались лишь где-то в самом уголке сознания. Всё это будет потом, когда карета остановится, а чарующая музыка прервётся…
----------
Глава 28
Глава 28
Карета плавно остановилась перед большим особняком с белыми колоннами. Внутри горел свет, но лишь только в половине окон. Андрей вгляделся в них, надеясь заметить хоть кого-то из людей, но всё тщетно.
Теперь, когда его уже не прикрывали Стражи, он чувствовал себя невероятно беспомощно. Казалось, что нападение может случиться в любой момент. Что тогда делать? Откликнется ли Фиона, если он её позовёт?
— Интересно, чей это дом? — спросила Аня.
— Какого-то аристократа, считающего, что Михаил будет лучшим правителем, нежели его тётка.
Ответ был так себе, но другого у Андрея попросту не было. Дверь кареты открылась, он спрыгнул на землю и помог выйти Ане. Несмотря на глубокую ночь, воздух, как будто бы, сделался несколько теплее. Даже привычных уже облачков пара от дыхания не было.
Двери особняка открылись, и во двор хлынул свет. Вместе с ним к запоздалым гостям спешили люди. Четверо почтенных господ остановились в метре от Андрея.
— Ваше Сиятельство! — бодро и почтительно поздоровались они. — Для нас большая честь принимать у себя в доме таких важных гостей. Князья Громовы всегда были нашими верными друзьями, и то, что случилось с вашим родом — это чудовищная несправедливость. Но ничего, мы сделаем всё, чтобы это исправить, и вернуть всё на положенные места.
Андрей с трудом успевал пожимать протягиваемые ему руки. Как вскоре выяснилось, дом принадлежал князьям Харитоновым, которые, по их собственным заверениям, приходились дальними родственниками Громовым.
Аня, которая всё это время молча и смущённо стояла в стороне, в какой-то момент тоже получила порцию всеобщего внимания.






