Тех, кто не погиб в той бойне, Зубр отправил на шахты или перепродал другим рабовладельцам. Немногих летевших на прииск женщин он выстроил в ряд, окинул едким взглядом и скомандовал кому-то из охраны, тыча пальцем:
— Этих — на уран. Этих — отвезешь к Изимиру в бордель.
Милена попала как раз в состав последних. Но когда у нее внутри все от страха заледенело, Зубр собирающейся уходить, неожиданно развернулся и пристально на нее посмотрел. Уже потом девушка поняла, что ее спас белый форменный комбинезон с красным крестом на плече, а тогда лишь пошла на негнущихся ногах следом за пиратом, бросившим:
— Хотя нет, вот ты, милая, покажи мне, где тут ближайшая каюта?
Охранники скабрезно заулыбались, а Милена, в сомнамбулическом состоянии, не видя ничего вокруг, направилась к жилому блоку. Когда створ комнаты за ними закрылся, Зубр огорошил вопросом:
— Медсестра?
— Врач широкого профиля, со специализацией в травматологии.
— Отлично! — и он, стягивая легкий скафандр, улегся животом на постель. — Спина болит. Найдешь где — оставлю с собой.
Милена постаралась от всего абстрагироваться и отнестись к Зубру как к пациенту. Обследовала позвоночник, насколько это позволял метод пальпации, вслух объявила об обнаруженных ею проблемах. Вправила пару дисков, объяснила, какое стоит сделать дальнейшее обследование, рекомендовала массаж, ну и нажала на несколько точек, которые бы позволили ослабить спазмы мышц и уменьшить боль. Зуб сел. Удивленно сделал пару круговых движений плечами и с довольной улыбкой сообщил Милене:
— Останешься со мной. Для всех — в качестве любовницы. И учти, если хоть одна живая душа узнает, что ты мне оказываешь услуги иного рода — тебе кранты.
Так и началась у девушки новая жизнь. Статус «женщины Зубра» обезопасил ее не только от сальных взглядов охраны, но и от множества прочих проблем. Харом, как он просил к нему обращаться, выделил Милене на станции личные апартаменты, хороший оклад и полную свободу передвижений по базе. Снова напомнив, что всеми благами она пользуется, лишь пока изображает пламенно в него влюбленную идиотку. И боже упаси ей начать принимать чьи-то ухаживания — сразу вылетит к Изимиру.
Девушка полностью приняла правила игры, потому как другого варианта ей не оставили, а жить хотелось. Тем более Милену это устраивало, потому что как женщина она Харому была неинтересна. Застарелые проблемы с позвоночником привели к импотенции, которая, впрочем, вероятно из-за общей пресыщенности, его не беспокоила. А вот момент поддержания репутации — очень.
— Ну что там, долго еще? — нетерпеливо уточнил Конан, выдёргивая врача из воспоминаний.
Результаты сканирования уже несколько минут висели перед ней на экране. Ничего серьезного на них не было.






