ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Троюродная бабка отдала концы, а на моей коже появился странный рисунок. Мир вокруг перестал быть прежним: я увидел то, что скрыто от других. Домовые, кикиморы, лешие, упыри, ведьмы и волколаки — лишь немногое из встреченного мной. Я способен идти по кромке — черте между миром живых и мёртвых. Плюс ко всему, где-то ждёт своего часа сильный враг, виновный в смерти жены. Всё пошло с этой самой смерти. Кромешник. Том – 4 Демьян Копьев Троюродная бабка отдала концы, а на моей коже появился странный рисунок. Мир вокруг перестал быть прежним: я увидел то, что скрыто от других. Домовые, кикиморы, лешие, упыри, ведьмы и волколаки — лишь немногое из встреченного мной. Я способен идти по кромке — черте между миром живых и мёртвых. Плюс ко всему, где-то ждёт своего часа сильный враг, виновный в смерти жены. Всё пошло с этой самой смерти. ==================== Глава 1 От автора Глава 1 От автора Друзья, Всем Здравствуйте! Ну, вот, наконец, мы и добрались до четвёртого тома. Спасибо всем, кто остался с героями книги и терпеливо ждал проду или не очень терпеливо)) Я вроде как вошёл в ритм, поэтому проды будут выходить чаще и станут немного объёмнее. Выкладка начнётся со следующей недели. Поддержите пожалуйста лайками, добавлениями в библиотеку и комментами. А пока ждёте главы, приглашаю вас на мои законченные циклы: Колдун поневоле : городское фэнтези, мистика. Аннотация: Жил, учился, женился, развелся… Все как у всех — да не все, особенно в последнее время: то ли я сошел с ума, то ли у мен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Раз заждался, чего тогда не встречает?

— Пироги печёт, хочет своего хозяина от пуза накормить.

— Пироги дело хорошее, усмехнулся в ответ. А ты я смотрю здесь обжился, как у себя дома.

Сергей покраснел и смущённо отвёл взгляд.

— Так я это… Ну, ты же сам сказал, приглядывать за хозяйством, вот я и…

— Да не тушуйся ты так, Серёга, всё нормально, я же не в упрёк. Наоборот, спасибо, что дом не бросил и присмотрел за всем, — я хлопнул Усудца по плечу, и мы вместе поднялись на крыльцо.

Стоило переступить порог, как навстречу мне выкатился взъерошенный, встревоженный Кузьма. Домовой был весь обляпан в муке, с растрёпанной топорщащейся во все стороны бородой, но радостным, искрящимся взглядом. В руках Кузьма держал деревянную лопату для пирогов.

— Хозяин, родненький, вернулся! — запричитал он, бросаясь мне в ноги, — А я уж было думал, всё, сгинул наш Алексей в этой Москве проклятущей! Я ж чуял, что беда какая-то приключилась! Вон, домовые они завсегда чуют, когда с хозяином неладно!

— Кузьма, всё хорошо, — я наклонился и потрепал домового по голове, — Живой я, как видишь.

— Живой-то живой, а исхудал-то как! — Кузя отступил на шаг, оглядывая меня с ног до головы придирчивым взглядом, — Кожа да кости, небось не кормил тебя там никто!

Я невольно усмехнулся. Кузьма, как всегда, был в своём репертуаре.

— Пироги-то поспели уже? — сменил я тему.

— Поспели, поспели! — засуетился домовой, — С капустой, с яйцом, с яблоками, всё как ты любишь! Садись за стол, хозяин, сейчас накормлю!

На кухне было тепло, пахло свежей выпечкой, топлёным маслом и травами, которые пучками висели под потолком. Примерно за месяц моего отсутствия здесь ничего не изменилось, всё та же большая печь, массивный дубовый стол посередине, да половицы, скрипящие под ногами.

Я сел за стол, и Кузьма тут же принялся выставлять передо мной снедь, состоящую из горячих пирогов, крынки молока, миски с солёными огурцами, куска сала и хлеба, а я вдруг понял, что чертовски голоден, весь день на ногах, а во рту, кроме утренней яичницы, ничего не было.

— Ешь, ешь, — приговаривал Кузьма, подкладывая мне то один кусок, то другой, — Отъедайся, хозяин, а то смотреть больно.

Сергей сел напротив, налил себе молока и с интересом наблюдал, как я поглощаю пироги один за другим.

— Рассказывай, — произнёс он, когда я немного утолил голод, — Что там, в Москве? Я так понял, ты всё же пошёл на службу к анатолию Михайловичу?

Я кивнул, и прожёвав пирог, начал рассказывать про ОАР, Гранатова и Еремееву, про убийства девушек, про Чернобога и отступников, про чёрную воду, Валерия Чёрного и его предложение, про подземелья под Кунцевским городищем и руническую защиту.

Сергей слушал внимательно, не перебивая.