— Варька скучает, — произнёс я, — Спрашивает про тебя каждый день. Она знает, что ты рядом, даже если не видит.
— Я чувствую её, здесь… — Дарина коснулась груди, — Каждую минуту, знаю, когда она радуется, когда злится, когда плачет. Я понимаю, что ей не место на Кромке, но не видеть дочь, это такое мучение.
— Не переживай, скоро ты с ней увидишься, — произнёс я и подмигнул.
Дарина посмотрела на меня долгим, внимательным взглядом. Зелёные глаза блестели, но слёз не было. Богини не плачут, по крайней мере, не при свидетелях.
Ближе к полудню мы покинули парк и снова вышли в город. Москва шумела, гудела, жила своей бесконечной жизнью. Дарина освоилась, перестала вздрагивать от сигналов машин, научилась обходить прохожих и даже с любопытством разглядывала витрины.
В первую очередь зашли в торговый центр, и направились в бутик, чтобы купить новую одежду. Иллюзия — иллюзией, но новый гардероб для женщины, по моему мнению, это что-то сакральное.
Так и оказалось.
Я просидел пару часов на диване, пока Дарина примеряла то платье, то юбки с блузками, то джинсы. Один раз вышла ко мне в купальнике, заставив поперхнуться кофе, любезно предоставленным администратором магазина.
— Как я тебе?
— Отлично, — поднял вверх указательный палец, но пляжный сезон уже закончен.
В итоге, мы выбрали несколько нарядов и сейчас щеголяла в обтянутых кожаных брюках, отлично подчёркивающих округлую задницу и черной майке, удачно подчёркивающей упругую грудь, а сверху неё накинула шёлковую рубашку.
Прохожие стали пялиться на Богиню ещё сильнее, потому что у любого мужика, завидевшего такую шикарную женщину… Ну вы сами понимаете…
И да, я не исключение.
У одного из магазинов Дарина остановилась, привлечённая витриной ювелирного салона.
— Малахит, — произнесла она, кивнув взгляд на ожерелье лежавшее за стеклом, — Уральский, хороший камень, но огранка грубая.
— Если хочешь, купим.
Женщина повернулась ко мне с выражением искреннего удивления.
— Зачем? — она приподняла бровь, — Мне не нужны украшения из моего же камня. Это всё равно что дарить рыбе воду.
Я рассмеялся. Дарина тоже улыбнулась, широко и открыто, и это, пожалуй, было самое красивое, что я видел за последние несколько месяцев.
— Ладно, — согласился я, — Тогда пойдём обедать, я знаю одно место, где делают самый вкусный борщ в Москве.
— Борщ? — Хозяйка Медной горы склонила голову набок, — Это замечательно.
Я привёл её в маленький ресторанчик русской кухни, спрятанный в переулке за Арбатом. Место было тихим, немноголюдным, с низкими потолками, белыми скатертями и горшочками с живыми цветами на столах. Пахло домашней едой, мясным бульоном, свежим хлебом и пирогами.
Кузьма может приготовил бы и не хуже, но мне хотелось отвести Дарину именно сюда.






