ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В 1986-м в СССР Светлицкий, известный детективщик, не знал, что за ним идёт кровавый след. Литейск в шоке: убийства, одно другого страшнее, в точности повторяют сюжеты его произведений. Спецгруппа под началом Горохова приезжает в Литейск, и Андрей Петров быстро понимает: это не разовый эпизод, а череда, принадлежащая серийному убийце. Курсант 11 Рафаэль Дамиров В 1986-м в СССР Светлицкий, известный детективщик, не знал, что за ним идёт кровавый след. Литейск в шоке: убийства, одно другого страшнее, в точности повторяют сюжеты его произведений. Спецгруппа под началом Горохова приезжает в Литейск, и Андрей Петров быстро понимает: это не разовый эпизод, а череда, принадлежащая серийному убийце. ==================== Глава 1 Глава 1 Сентябрь 1986 года Литейск, город областного значения в европейской части СССР Дверной звонок надрывно бзыкнул, нарушив мрачную тишину широкой лестничной площадки в старинном жилом доме. Четырехэтажка расположилась в историческом центре города, построена она была еще в девятнадцатом веке под доходный дом, а в недавнем прошлом жилое строение чудом избежало участи быть изнутри порезанным на коммуналки, сохранив просторные квартиры для индивидуального проживания граждан. Хилая лампа в широком и прохладном, как пещера, подъезде еле высветила мужчину в мышиного цвета плаще и фетровой шляпе, надвинутой на глаза. Воротник плаща приподнят до ушей, будто мужчина прятался от непогоды. Но в парадной ни ветра, ни дождя, лишь поскрипывает форточка, пропуская дыхани

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Монашкин покивал, как бы соглашаясь с покойным Парамоновым и заодно переводя дух.

— Ну, ему там пригрозили арбитражом и прочими радостями, но Парамонов настоял на своем, мол, давайте отныне в договоре будем проставлять только количество изделий, а уже из каких тканей и какие модели шить, я сам буду решать. Тогда мы сможем легко перестраиваться в зависимости от покупательского спроса. Поспорили с ним товарищи из торговли, мол, что ты нам кота в мешке впыживаешь. Но Савелий Артурович настоял на выпускании этого самого кота из темницы, предложил им такую схему — ассортимент обновляться будет, а если он не пойдет, то оптовики могут всегда вернуть нераспроданные пальто на фабрику и взамен получить другие модели. Это их устроило, получается, что риски сняты, овцы целы.

— То есть, выходило, что директор вызывал огонь на себя, — подняла бровь Света.

Монашкин кивнул и продолжил:

— И вот договор был подписан, Парамонов вернулся домой и первым делом заключил свой договор с областным домом моделей, и в создании новых фасонов принимали участие уже местные модельеры. Цех выпускал пробную партию, если она раскупалась в наших магазинах, то партия шла на конвейер. Парамонов даже организовал отдел по изучению покупательского спроса. Установил в цехах новые полуавтоматические станки, спасибо Минлегпрому, помогли с финансированием. Полностью перестроил работу бригад, чтобы дать возможность каждой рядовой швее творчески участвовать в создании новых фасонов.

— И как успехи? — озвучил наш общий интерес Горохов, мы с любопытством уставились на Борис Борисыча, ждали развязки.

— Успех был ошеломительный, — потирал тот свои руки-плавники. — Если раньше фабрика с трудом выдавала десяток новых моделей за год, то теперь они исчислялись парой сотен. Если раньше на согласование и утрясание каждой модели уходило около двух лет, то теперь фабрика осваивала весь процесс в течение месяца. А покупатели с удивлением обнаруживали в магазинах новые симпатичные пальтишки, поначалу, знаете, так с недоверием вчитывались в ярлык Литейской швейной фабрики, думая, что их по ошибке перешили на импортную продукцию. Вот тут и полетели некоторые головы там, — Монашкин снова ткнул пальцем в потолок. — Минлегпром вздрогнул. Увидели наши руководители на этом примере ошибки конвейерного застарелого производства, и сменили ряд ключевых постов. Мол, если уж простой директор фабрики додумался поменять модельный ряд и повысить спрос, то для чего вы тут над всем надзираете?

— Вы думаете, что Парамонова убили из-за того, что он кому-то подпортил карьеру? — приподнял бровь Горохов.

— Не исключаю, — пожал узкими плечами Борис Борисович. — Многие зуб на него точили. Анонимки в Москву пачками поступали. И на бытовое это убийство отнюдь не похоже.