ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я — Денис Симонов, дознаватель по смертным делам в Москве, где мертвецы поднимаются, а кваzи — возвысившиеся покойники — живут среди нас, работают, женятся и даже служат в полиции. Выехал я на вызов: профессор застрелился, а консьержка услышала странный «бум». Только вот вместо самоубийцы я нашёл в квартире двоих восставших — профессора и его убийцу, которого тот загрыз. Пришлось рубить головы обоим, чтобы упокоить навсегда. Но на этом веселье не закончилось. Из-за балконной двери за мной наблюдал тот самый кваzи, в которого я уже стрелял утром. Он ушёл, а меня ждала начальница с новостью: у нас некомплект, и мне в напарники дают именно его — Михаила Ивановича, мёртвого участкового из Мышкина. Он видел, как я обезглавил восставших, и может сдать меня с потрохами. Теперь мы работаем в паре: я, живой, который терпеть не может нежить, и он, мертвец, который зачем-то приехал расследовать смерть профессора. Как мне его закопать, не замарав репутацию и не угодив за решётку?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Всего одну.

Неужели это оно и есть?

Культура вируса-убийцы, выращенная в живом человеке?

Вот из-за чего столько грязи и крови…

– А если бы она бросилась убегать?

Я встал и посмотрел на Михаила, вышедшего из темноты.

По кваzюку не поймёшь – нормально он себя чувствует, или же ему больно и обидно от удара по черепушке. Но Михаил был весь перепачкан в грязи, шляпа у него была помята и сидела набоку.

– Пришлось рискнуть, – сказал я. – Извини, что приложил.

Михаил поморщился.

– Я понимаю. Иначе бы она не расслабилась. Но мог бы предупредить!

– Не мог. Я уверен, что телефон непрерывно работал на передачу. Она слышала всё, что мы говорили.

Михаил кивнул, подошёл поближе.

– Да, ты прав. Это очень вероятно. Ещё одна радионяня… Вирус в этой ампуле?

– Думаю, что да, – сказал я, пряча металлическую капсулу в карман. – Что там, как полагаешь? Кровь?

– Соскоб из высыпаний, скорее. Дай посмотреть.

– Не стоит. – Я несколько раз встряхнул мачете, подставил струям дождя, чтобы смыть кровь. – Чего там смотреть. Отрава.

– Маркину надо передать, – предложил Михаил.

– Я передам, – усмехнулся я.

Михаил вздохнул. Виновато улыбнулся. Посмотрел на мачете в моей руке.

– Пат, – сказал я. – Верно?

Михаил кивнул.

– А где Найд? – спросил я.

Только тут Михаил забеспокоился.

– Как – где? Он был с вами.

– Он убежал спасать тебя. Я думал, что это Найд тебя освободил.

– Нет, я перегрыз стяжки… – рассеянно сказал Михаил. – Разминулись, наверное… Может быть, ты дашь мне ампулу? Для сохранности?

– Нет, – повторил я. И взял мачете поудобнее.

– Давно понял? – спросил Михаил, помедлив мгновение.

– Сразу. Ну что это за задание для главы спецслужбы – схватить экстремиста? Вот если цель была доставить что-то важное, что-то такое, чего никому нельзя доверить…

Михаил кивнул.

Снял свою старую шляпу, комкая в руках, подставил лицо дождю. Пробормотал:

– Голова болит… сильно ты ударил… Денис, мне нужен этот вирус.

– Чтобы всех нас убить? – спросил я.

– Нет, Денис. Власть Представителя не безгранична. Мы все знаем о человеческих опытах, мы знаем, что и в России, и в США, и в Европе создано бактериологическое оружие.

– «Чёрная плесень».

– И она тоже. Общество кваzи кажется тебе единым, но это не так. Мы очень разные. Но сейчас все мы одинаково напуганы. Нас уничтожат, если не будет гарантии ответного удара. Либо к власти придут радикалы и используют восставших как пушечное мясо. Поверь, тоже ничего хорошего.

Я пожал плечами:

– Ничем не могу помочь.

– Денис… – Если бы Михаил мог застонать, он бы застонал. – Я не хочу так. Пойми же меня!

– Понимаю, – сказал я. – Но чего ты хочешь? Чтобы я собственными руками отдал тебе смерть человечества? А если твой Представитель решит нанести упреждающий удар?

– Он не захочет!

– Слова. – Я развёл руками. – Только слова.