– Что мне тебе сказать? – спросил Михаил. – Что? Как доказать, что это единственный выход, единственный шанс избежать миллиардов смертей?
– Я не знаю таких слов, – сказал я. – Слова всегда лгут.
Михаил подумал. Спросил:
– Может быть, про Найда?
– Что именно?
– Я отдал его тебе. Но ты же хочешь знать правду?
– Я её и так знаю, – ответил я. – Это Сашка, мой сын.
– С радостью отдаю его тебе, – сказал Михаил. Голос его не дрогнул. – В обмен на вирус.
– Нет.
Михаил снова посмотрел на мачете в моей руке. Покачал головой.
– Виктория не ожидала. А я…
Он не закончил.
– Попробуй, – сказал я.
Михаил Бедренец был стар, но для кваzи это не слишком-то многое значит. Его рефлексы были быстрее, он был сильнее, выносливее, нечувствительнее к боли.
Мы это оба понимали.
Кваzи сделал шаг в мою сторону – и я отметил, как изменились его движения, стали мягче, плавнее, наполненные сжатым рывком, будто готовая распрямиться пружина. Так двигаются профессиональные бойцы. Он и человеком, наверное, неплохо дрался…
В следующий миг из темноты выскочил Найд и, оскальзываясь в грязи, встал между нами. Разве что руки не растопырил, пытаясь остановить.
Что он слышал из нашего разговора?
– Найд… – прошептал Михаил.
Мальчишка, сжав губы, смотрел то на него, то на меня. Потом негромко сказал:
– Я Сашка…
Михаил ссутулился. Только что это было готовое к смертельной схватке существо, превосходящее человека практически всем.
А теперь – просто одинокий старик, мокнущий под дождём.
Одинокий мёртвый старик.
– Мы не выбирали своей судьбы… – прошептал Михаил.
Повернулся и пошёл к полуоткрытой двери в Замкадье. Потом остановился. Снял пиджак. Порылся в карманах, достал какую-то мелочёвку, рассовал по карманам брюк. Подошёл к Найду – тот отступил было на шаг, но остановился. Михаил набросил ему на плечи свой пиджак, пожевал губами, словно намереваясь что-то сказать – и пошёл обратно к двери.
Я смотрел ему вслед. Потом окликнул:
– Кваzюк!
Он повернулся – и я бросил ему металлическую ампулу.
Первый раз мне удалось его по-настоящему удивить.
Бедренец настолько не ожидал этого, что даже не поймал капсулу, летящую ему в руки. Ему пришлось нагнуться и поднимать её с земли.
– Не обмани нас, Михаил, – сказал я, подходя к Сашке и беря его за плечи. – Пожалуйста. Мы все люди, большие и маленькие, живые и мёртвые.
Михаил прикрыл глаза. Кивнул.
И скрылся в узкой щели дверей.
– Я закрою дверь и пойдём к машине, – сказал я. – На тебе сухой нитки нет.
– На тебе тоже, – заметил Сашка.
– Наблюдательный, весь в меня, – сказал я и пошёл крутить лебёдку.
Мне показалось, что Сашка хочет что-то спросить.
Но он промолчал.
Поэтому спросил я:
– Как она тебя схватила?
– Позвонила и сказала, что вы с Михаилом – её заложники.






