ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Конфликты между государствами затухают, но тайная борьба не утихает никогда. Всегда найдутся те, кто крадёт чужие тайны, и те, кто их бережёт. Не герои в доспехах, а мастера плаща и кинжала. Невзрачные сотрудники разведок. Себастьян Март — один из лучших в своём ремесле, но и он лишь фигура в постоянно перемешиваемой колоде. Карты ложатся иначе, враги сменяют друг друга: колдуны, наркоторговцы, перебежчики в своих рядах, а подлинные вершители судеб прячутся во тьме. Попробуй до них дотянуться — и сразу встанешь перед выбором: выполнить задание или уберечь близких. Пропасть или эшафот — третьего не дано.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Судорожно глотнул воздуха, лихорадочно вскинулся и расслабился: комната оказалась пуста.

Замечательно, просто замечательно.

Я осторожно подобрал всех выплеснутых вместе со мной рыбок и кинул их обратно в фонтан, затем сгреб в кучку осколки льда и отправил следом. Запустил пальцы в смерзшиеся волосы, выругался и стянул сапоги. Вылил воду, отставил в уголок и не удержался, чтобы не достать из буфета серебряную чашку, принадлежавшую некогда Святой Майе. Святую реликвию, чей отклик на молитву и послужил мне путеводным огнем.

Постоял так какое-то время — и постепенно сковавший тело холод начал отступать, вернулась ясность мыслей и уверенность в собственных силах.

И тогда начал действовать. Перекинув через одну из протянувшихся под потолком балок веревку, вскарабкался наверх и схоронился над рабочим столом маркиза Витайлы. А еще — завязал скользящую петлю.

Сидеть в засаде — это почти искусство. Многие люди совершенно теряют голову, когда от них требуется просто-напросто затаиться. Минуты складываются в часы, часы в дни, и, когда ровным счетом ничего не происходит, неминуемо возникает ощущение, будто время просачивается сквозь пальцы, и еще немного, еще чуть-чуть — и ты опоздаешь. И многие начинают суетиться именно тогда, когда им просто следует сидеть на одном месте. Большая ошибка.

Большая ошибка, напомнил я себе, когда через полчаса ожидания возникло желание спуститься вниз и размять ноги.

Дело ведь было вовсе не в затекших мышцах! Выводило из себя осознание того, что, прорываясь через Бездну, я уподобился тому самому камню, при падении которого по воде начинают расходиться круги. Вскоре они неминуемо докатятся до Виктора Арка, и тогда счет пойдет на минуты. Как бы не опоздать…

В этот момент, обрывая тягостные раздумья, лязгнула входная дверь, и в кабинет зашли трое охранников. Они осмотрелись, проверили окна и, даже не взглянув вверх, отправились восвояси.

И только тогда появился первый советник ее высочества. На лице вельможи, как обычно, играла глуповатая улыбка, но теперь не оставалось никаких сомнений в том, что это всего лишь маска. Оставшись в одиночестве, маркиз Витайла налил себе вина, залпом выпил и плеснул еще. Поставил кубок на стол, выдвинул ящик, и тут я накинул ему на шею петлю, а сам спрыгнул с другой стороны балки.

Веревка натянулась, и я поджал ноги, всем своим весом вздергивая маркиза к потолку. Сильнейший рывок, должно быть, раздробил гортань, и Витайла враз обмякшей тушей безвольно закачался в петле. Лицо его побагровело, глаза едва не вылезли из орбит, а на штанах начало расплываться влажное пятно, и остро запахло мочой, но я удерживал тело на весу еще минут пять, дабы окончательно убедиться в смерти клиента.