ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Конфликты между государствами затухают, но тайная борьба не утихает никогда. Всегда найдутся те, кто крадёт чужие тайны, и те, кто их бережёт. Не герои в доспехах, а мастера плаща и кинжала. Невзрачные сотрудники разведок. Себастьян Март — один из лучших в своём ремесле, но и он лишь фигура в постоянно перемешиваемой колоде. Карты ложатся иначе, враги сменяют друг друга: колдуны, наркоторговцы, перебежчики в своих рядах, а подлинные вершители судеб прячутся во тьме. Попробуй до них дотянуться — и сразу встанешь перед выбором: выполнить задание или уберечь близких. Пропасть или эшафот — третьего не дано.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вы оскорбили меня, и за это ответите.

— Я оскорбил вас⁈ А кто донес на меня в Лиране? Кто первым начал эту игру?

Высший только рассмеялся.

— Глупец! В Лиране я просто воспользовался ситуацией! — Фальши в словах собеседника не чувствовалось. Никакой фальши, одна лишь ярость. — Стоило лучше присматривать за собственными людьми!

— Успокойтесь! Мы здесь не одни… — глянул я через плечо Виктора Арка на сидевшего к нам спиной лысого пьянчугу, а франт лишь скривился в презрительной ухмылке.

— Плевать! — прорычал он.

— Не стоит позволять эмоциям затмевать разум…

— Эмоциям? Думаешь, мне неизвестно, что Эдвард Рох прибыл в Ольнас? Пусть он и зарос как старый дед, мои люди сразу его узнали. Себастьян, ты до сих пор считаешь себя самым умным?

— И в мыслях не было…

— Этот край стола в окно не виден, поэтому сейчас я выйду через черный ход и наведаюсь в доходный дом напротив. Полагаю, в одной из квартир на втором этаже меня дожидается тот самый стилет. Не так ли?

— Понятия не имею, о чем вы говорите, — фыркнул я и осушил кружку.

— Хватит ломать комедию, — прошипел Высший, глаза его посерели и превратились в два осколка мутного стекла. — И тебе, и лучнику конец…

— Довольно! — легонько хлопнул я ладонью по столу. — Без меня вам никогда не найти сына Ричарда Йорка.

— Чрезвычайно самоуверенное заявление! — рассмеялся Виктор Арк. — Никакая ведьма не способна полностью вычистить порчу! Нет, Тьма оставляет за собой четкий след, и твоя девка никогда от него не избавится. Ну да ей осталось недолго. Ты проиграл, Себастьян Март. Ты проиграл по всем статьям…

— Бесов праздник! — совершенно искренно выругался я.

— Мои люди уже там, — злорадно улыбнулся Высший, и тут облокотившийся на стойку лысый парень неожиданно плавным для пьянчуги движением развернулся и ткнул франта свернутым в трубочку листком.

Исписанная Святым Домиником бумага вмиг смялась, и проклюнувшийся из нее проклятый клинок по самую рукоять вонзился Виктору Арку под левую лопатку. Тот охнул и тяжело навалился на стол. Попытался выпрямиться, но тщетно — притаившаяся в стилете Тьма в мгновение ока выжгла саму его суть. Глаза Высшего помертвели, из уголка рта заструилась кровь, и лощеное лицо франта с деревянным стуком ударилось о столешницу.

Посетители таверны заголосили, бритый налысо Эдвард Рох как ни в чем не бывало вернулся к стойке и опрокинул в себя очередную порцию крепкого пойла.

— Убирайся отсюда! — приказал я и бросился на выход. Размотал поводья, вскочил в седло и погнал лошадь к городским воротам.

«Мои люди уже там», — сказал Виктор Арк перед смертью, а не верить ему оснований не было.

Проклятье!

Как не убился на скользких улочках — не знаю. До городских ворот доскакал просто чудом. Когда натянул поводья, пена с коняги летела уже хлопьями.