Диктор что-то говорил про чрезвычайное положение в стране, про государственный комитет. Ни Кристине, ни Иналу это было не интересно. У каждого из них была своя цель.
Инал достал из холодильника шампанское. Принес бокалы, поставил на столик. Открыл бутылку неловко с хлопком. Пробка ударила в потолок. Пена вылилась на ковер. Инал сначала выругался, а потом засмеялся. Она тоже улыбнулась. Села в кресло, не на кровать. Это было важно. Женщина, которая сразу садится на кровать, упрощает игру.
— За что выпьем? — спросил он ее
— За все хорошее — ответила она.
— Хороший тост — кивнул Инал.
Он налил шампанское в бокалы. Один протянул ей. Она пить не стала, а задумчиво смотрела на пузырьки.
— Что? — нетерпеливо спросил он.
— Ничего. Просто красиво.
Инал сел на подлокотник ее кресла. Близко. Слишком близко. Она не отстранилась. Позволила. Подняла глаза.
— У вас лед есть?
— Сейчас.
Инал поставил свой бокал на столик и сорвался с места. Подошел к маленькому холодильнику. Открыл дверцу и стал возиться внутри. Пальцы Кристины скользнули к сумочке. Быстро достала маленький пузырек. Открыла и капнула три капли. Не больше.
Инал вернулся со льдом. Он ничего не заметил.
— Ты такая загадочная Элеонора.
— Вам так кажется.
— Мне многое кажется.
— Это от шампанского.
— На меня не действует пара бокалов шампанского.
— Значит от меня.
Его взгляд налился и потяжелел. Он уже не играл. Хотел. Сильно. Был уверен, что почти получил. Кристина взяла нужный бокал и протянула ему.
— Тогда, за знакомство.
— За знакомство.
Они чокнулись. Инал выпил сразу почти до дна. Она пригубила немного.
— Не пьешь?
— Я быстро пьянею.
— Это хорошо.
— Для кого?
Он засмеялся, но смех получился хриплым. Через десять минут он уже сидел на диване и говорил медленнее. Через пятнадцать начал путать слова. Через двадцать, попытался встать, но уже не смог. Посмотрел на Кристину сначала удивленно, потом зло.
— Ты… что…
Пришло понимание.
— Сука.
Он завалился на диван. Глаза закрылись. Дыхание стало тяжелым.
— Может быть — кивнула Кристина.
Она подождала еще пару минут и начала действовать. Работала быстро. Сначала печатка. Потом часы. Бумажник со стола. Цепь трогать не стала. Инал слишком тяжелый, не хотелось с ним возиться. Не нужно жадничать.
В дорожной сумке у него нашлась еще пачка денег, завернутая в носовой платок. Кристина считать не стала. Спрятала добычу в сумочку. На секунду остановилась. Посмотрела на Инала.
Красивый. Самоуверенный. Глупый. Таких она не любила и не жалела.
Кинула взгляд на телевизор. Там седой мужик на танке что-то говорил и размахивал руками. Кристина отвела глаза.
Политика ее не интересовала. Она давно усвоила другое — в этой жизни выживает не самый умный. И даже не самый сильный. А тот, кто умеет вовремя забрать свое и исчезнуть.
Взяла сумочку.






