ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эта история — вымысел, но в ней найдутся настоящие военные подразделения, подлинные происшествия и реальные личности. Работая над этим томом, я опирался на воспоминания и публикации, где звучат голоса непосредственных очевидцев. С чувством глубокой признательности я посвящаю его советским силам специального назначения — светлой памяти выдающихся людей, которых уже нет с нами. Отморозок 6 Андрей Поповский Эта история — вымысел, но в ней найдутся настоящие военные подразделения, подлинные происшествия и реальные личности. Работая над этим томом, я опирался на воспоминания и публикации, где звучат голоса непосредственных очевидцев. С чувством глубокой признательности я посвящаю его советским силам специального назначения — светлой памяти выдающихся людей, которых уже нет с нами. ==================== Глава 1 Глава 1 Первая книга цикла: аудиоверсия книги: Одиночная камера, площадью не более четырех квадратных метров. Маленькое густо зарешеченное окошко вверху, серые покрытые грубой цементной шубой стены, прикрученные болтами к стене деревянные нары. Из мебели в камере только грубо сколоченная табуретка. На оправку выводят два раза в сутки утром и вечером, но если очень припрет, то могут вывести и во внеурочное время. В отличии от батальонной нелегальной «губы», здесь на Астраханской гарнизонной гауптвахте, меня никто не трогает. Караульные строги, но подчеркнуто вежливы, никакого хамства. Кормят тоже на удивление прилично. Никаких разносолов, обычная еда из солдатской столовки. Ещ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Виктор Петрович замолчал, ожидая моей реакции на сказанное. Я все так же молча сидел на табуретке ничем не выражая бурю бушевавшую в этот момент внутри. Мне нельзя сейчас сорваться и высказать этому человеку то, что мне очень хочется выкрикнуть ему прямо в лицо. Большие дяди играют в большие игры, а пешками в этих играх служат маленькие люди, вроде меня и Ромы Бергмана. Только я сейчас сижу в камере, Ромка лежит где-то в морге, а большой дядя пришел ко мне сделать предложение, от которого просто нельзя будет отказаться. А если попробовать? Что они могут мне сделать? Посадят за убийство Жоржа и его подельников? Ну, это еще надо доказать. Свидетелей никаких не было. Мотив мог быть не только у меня, а чистосердечного признания вы от меня хрен добьетесь. Хорошо, что я не раскололся о своем попаданчестве, мне бы тогда точно из их рук не выскользнуть было, а сейчас еще можно потрепыхаться.

— Может у тебя есть какие-то вопросы Юра? — Доброжелательно спросил меня дед Вики, прерывая сумбурный поток моих мыслей.

— А что бы было, если бы я не справился? — Криво ухмыльнулся я — Лежал бы в морге рядом с Бергманом?

— Гибель Ромы Бергмана — это трагическая случайность, — сразу помрачнел Виктор Петрович. — Тебя, по нашей просьбе, прикрывал ваш взводный — прапорщик Приходько. Ты и сам знаешь, как он тебе помог на первом этапе нахождения в части. Открою тебе еще один секрет: рядом с тобой постоянно находился наш сотрудник, который должен был вмешаться и подать сигнал, если бы твоей жизни что-то угрожало. К сожалению, события начали разворачиваться так стремительно, что ни он, ни Приходько не успели помочь твоему товарищу. Но наш сотрудник подал сигнал, и уже утром после известного тебе события, в батальоне работала следственная группа, а ты был экстренно эвакуирован и временно помещен на гауптвахту под охрану.

И тут меня осенило — Эдик! Их человеком рядом со мной был Эдик. Взрослый, рассудительный парень, с великолепной спортивной и бойцовской подготовкой. Он во всех ситуациях действовал очень грамотно и взвешенно, а когда меня заперли именно Эдик взял командование группой на себя и отлично организовал оборону. Я еще удивлялся, почему он сам, до моего приезда, не организовал команду на подобии той, что создал я, чтобы дать отпор «дедушкам» и Жоржу. Ну да, логично, помимо нашего взводного, который работает на ГРУ и может прикрывать меня перед руководством батальона, им нужен был человек рядом, который бы лично все видел и оценивал решения принятые мной. Ни один офицер не находится рядом с солдатами двадцать четыре часа в сутки, а внедренный как обычный солдат офицер ГРУ будет находится непосредственно в гуще событий и держать руку на пульсе. Умно.