ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История Антона Ковалева, мага, способного повелевать Жизнью, Смертью и Разумом — и единственного такого на всей Земле, — получает продолжение. На его пути встают зарубежные разведки и влиятельный клан мафии из Средней Азии. А внутри собственных правоохранительных структур по-прежнему плетутся закулисные игры. Копировать и выкладывать эти материалы я, будучи правообладателем, запрещаю. Данное правило установлено Федеральным законом от 24 ноября 2014 г. N 364-ФЗ. Охота на чародея Сергей Рюмин История Антона Ковалева, мага, способного повелевать Жизнью, Смертью и Разумом — и единственного такого на всей Земле, — получает продолжение. На его пути встают зарубежные разведки и влиятельный клан мафии из Средней Азии. А внутри собственных правоохранительных структур по-прежнему плетутся закулисные игры. Копировать и выкладывать эти материалы я, будучи правообладателем, запрещаю. Данное правило установлено Федеральным законом от 24 ноября 2014 г. N 364-ФЗ. ==================== Пролог Пролог Копирование и размещение материала без моего согласия, как правообладателя, запрещено Согласно закону об авторском праве, согласно Федеральному закону от 24 ноября 2014 г. N 364-ФЗ наименование статьи 15.2 настоящего Федерального закона. Все события, лица, организации — исключительно плод воображения автора. Любые совпадения случайны. Наследник чародея. Книга 8. Охота на чародея. Пролог. — Ну, и где он? — обманчиво ласковым голосом поинтересовался Киструсс. Он сидел за своим столом в своём рабочем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я поздоровался, поблагодарил ее за вчерашние гостинцы, которые пришлись весьма ко двору, вернул хозяйственную сумку-авоську, которую брал у неё вчера.

— Можно сообразить что-нибудь для четверых больных солдатиков из госпиталя? — поинтересовался я и пояснил. — Обещал им праздник живота сегодня устроить.

Буфетчица задумалась, с пониманием кивнула мне, сказала:

— Сейчас что-нибудь придумаю, соберу.

Она вышла в подсобку. Минут десять её не было. Я даже сел за столик, ожидая её возвращения. В её отсутствие в буфет пару раз заглянули посетители, но не обнаружив никого за прилавком, уходили.

Наконец она вышла, протянула мне давешнюю хозяйственную сумку-авоську, сказала:

— Собрала. Давай теперь посчитаем.

Она придвинула в себе счеты, щелкнула костяшками.

— Бутерброды с сыром 12 штук по цене 10 копеек — рубль двадцать, бутерброды с вареной колбасой 12 штук по цене 15 копеек — рубль восемьдесят, котлеты 8 штук по 15 копеек — рубль двадцать…

Она посчитала еще пирожки с повидлом, две бутылки сока, полкило конфет «Ласточка», четыре пачки вафель, килограмм яблок. Я попросил еще три пачки «Космоса», спички. Итого «набежало» 15 с лишним рублей.

— Сумку, не забудь, верни! — напомнила она.

— Не забуду! — улыбнулся я. — Спасибо большое!

— Да что там, — отмахнулась буфетчица. — Еще бы сало положить. Только вот у нас его нет, а в госпитале и хранить его негде. Сало — наипервейший продукт для выздоровления!

Она засмеялась. Я тоже хохотнул.

— Мой сыночек на будущий год в армию пойдёт…

С пропуском никаких проблем не возникло. Я протянул дежурному записку. Дежурный офицер молча кивнул, сверил мою физиономию с паспортной фотографией, так же молча выписал пропуск. Только в нём стоял уже другой срок — на целую неделю.

— Что в сумке? — в заключение буркнул он. — Алкоголь, пиво есть?

— Нет, — я протянул её ему для проверки. — Будете смотреть?

Он отмахнулся.

— Знаешь, куда идти? Вот и иди!

На этот раз я обошелся без провожатого.

Тётя Люба не обманула. По крайней мере, палата была убрана, окна вымыты, противного вчерашнего запаха почти не ощущалось. На кроватях больных, в первую очередь, на Фогиной белело чистое бельё.

— У вас праздник что ли? — осклабился я. — Здорово, инвалиды!

Фога в ответ засмеялся, Стас скривился, Дима, лежащий на кровати хмуро отвернулся лицом к стене. Четвертый обитатель палаты, еще не известный мне, единственный из всех ответил:

— Здравствуйте!

— Я смотрю, жизнь налаживается?

Я поставил сумку на стол, который появился в палате (еще вчера не было), повесил куртку на спинку стула.

— Я сейчас! — и вышел в коридор. Первым делом я разыскал тётю Любу, которая сидела в подсобке в столовой. Оглядевшись по сторонам, не обнаружив лишних глаз, протянул ей 30 рублей.

— Спасибо, тёть Люб! — и попросил.