— Так где ж его здесь, этого массажиста, найдешь?
— А давай я попробую! — решился я. — Хоть мышцы немного разомну.
Я снял с него одеяло. На Фогу даже чистые подштанники натянули.
— Это вместо трусов, — сказал он, пытаясь согнуть левую ногу в колене. — Зимняя форма одежды: подштанники и нательная рубаха.
Нательные рубахи я на солдатиках еще вчера заметил, только не понял, что это. Я стянул с Фоги подштанники. Он автоматически ухватился за пах. Я хохотнул:
— Не боись, не оторву!
— Да кто тебя знает, пацифиста! — смущенно буркнул он.
Наполнив руки «живой» силой, я принялся мять его мышцы. Начал с бедер, перешел к одной голени, другой. Помял стопы, не забывая про «живую» силу.
— Ну, как?
— Кайф! — выдохнул Леонид. — Здорово!
— Давай, переворачивайся! — скомандовал я. — Будем жопу твою мять!
Надо сказать, что вчера Фога выглядел намного хуже. Я имел ввиду то, что до меня его, похоже, никто не удосужился даже обмыть, а не то, чтобы помыть.
— Тебя вчера помыли что ли? — уточнил я.
— Ага, — тяжело дыша в подушку, подтвердил Фога. — В ванную отвезли, как младенца тёрли мочалками.
— Отставить! — возмущенно рявкнул кто-то. — Немедленно прекратить!
Я повернулся. В дверях палаты замер седой старичок-полковник.
— Вы что это творите? — он подошел к кровати. Я опустил руки и ответил:
— Массаж делаю, пролежни разминаю. У вас же нет специалистов! А у него уже онемение тела пошло!
Старичок посмотрел на Фогу. Я поспешно накинул на него одеяло. Старичок посмотрел мне в лицо, буркнул:
— Вы это, аккуратнее. Он и так парализованный.
Он развернулся и чуть ли не строевым шагом покинул палату. После него в палату зашли соседи Леонида.
— Ну, вы что? — накинулся я на них. — Предупредить не могли?
Стас ткнул пальцем в сторону Шорникова:
— Мы курить пошли, а он остался. Прозевал скотина!
— Нефиг было курить! — возмутился в ответ Дима. — Я в туалет отошел, а тут он…
— Кто это был? — поинтересовался я.
— Начальник отделения, — ответил Фога. Он опёрся на руки, сел на кровати и к удивлению соседей, развернулся и спустил ноги на пол.
— Кайф, Тоха! — с чувством, близком к оргазму, сообщил он. — Ты меня прямо к жизни вернул.
— Я знаю, — язвительно заметил я и ехидно продолжил. — Только ты никому не говори!
— Не буду… Ещё бы покурить!
— Покурить? О!
Я взял свою куртку, вытащил из кармана пачку «Космоса», спички:
— Держи! Сейчас сходим, покурим. Подожди меня!
Я снова пошел искать незабвенную тётю Любу. И снова обнаружил ее в подсобке столовой, пьющей чай вместе с поварихами или раздатчицами. Кто их разберет?
— Тёть Люб! Мне б пижаму для моего брата, халат, тапочки и халат что ли, чтоб можно на улицу выйти?
Санитарка прищурилась:
— Чего удумали? Он же ходить не может!
— Да мы потихоньку, — попросил я. — Покурить человек хочет.






