ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У поэта Данте преисподняя занимает девять уровней. Наш герой зовёт их этажами и умеет прокладывать между ними ходы. Он промышляет охотой на демонов — тех, что липнут к людям и высасывают силы, а иногда и что-то пострашнее. Ремесло рискованное, дерзкое и непредсказуемое, так что при непредвиденных обстоятельствах деньги вам никто не вернёт. Привратник Сергей Скиба У поэта Данте преисподняя занимает девять уровней. Наш герой зовёт их этажами и умеет прокладывать между ними ходы. Он промышляет охотой на демонов — тех, что липнут к людям и высасывают силы, а иногда и что-то пострашнее. Ремесло рискованное, дерзкое и непредсказуемое, так что при непредвиденных обстоятельствах деньги вам никто не вернёт. ==================== Глава 1 Глава 1 Сергей Скиба Привратник Глава 1 Белое безмолвие. Яркий, ослепляющий свет, колющий глаза, мёртвая тишина и жуткий холод, такой, что не только снег хрустит под стопами, а даже воздух на зубах. Стоит моргнуть и веки смерзаются, их приходится тереть ладонями чтобы хоть как-то отогреть и открыть снова. Запах свежести обжигает ноздри и забивает лёгкие. Обледеневшее плато уходит в бесконечную даль, сверкает, укрытое алмазной крошкой изморози и снега. Белый блеск холмов дезориентирует и заставляет жмуриться. Я стою на коленях, которые уже намертво прилипли к твёрдому насту. С каждым вдохом лёгкие сковывает обжигающий холод. С каждым выдохом из горла вырывается хрип, кашель и несколько капель крови. Они на лету застывают в рубиновые кристаллики, падают н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Листы плавно разлетелись по комнате и опустились на пыльный пол.

— Тряхнуть что ли стариной? — это когда я был молодым и глупым, и, как Донцов, совался во все неприятности подряд без разбора.

* * *

Чёрный

BMW

притормозил у полуразрушенного здания, дальше дорога завалена обломками кирпича и мусором. Я выбрался из салона и уставился на чёрную стену, начинающуюся в десятке метров дальше.

Кокон.

Почти километровая в диаметре башня, уходящая в небо. Видят её, само собой, не все. Те кто не видит, вполне «мирно» гуляют внутри, постоянно ощущая непонятный дискомфорт, давление на психику и беспричинную подозрительность ко всем и вся.

Местные развалюхи давно определены под снос. На их месте должны были построить что-то другое. Но когда часть пятиэтажек снесли, расчистили площадку под новое строительство и возвели фундамент — подрядчик обанкротился. Район несколько раз переходил из рук в руки, но до продолжения строительства дело так и не дошло. То деньги в бюджете кончились, то очередной застройщик сбежал, то санстанция запретила подвод коммуникаций, то служба кадастра отозвала разрешение. Проклятые бюрократические препоны.

Проклятое место.

Тут никогда ничего не заладиться и не срастётся. Всегда будет раздрай и перекосяк. «Кокон» распространяет своё влияние на каждого, кто в нём оказывается. Даже на бизнесменов и больших шишек. Уже никто не хочет связываться с районом имеющим дурную репутацию.

И всё благодаря стайке идиотов, решивших устроить жертвоприношение во славу сатаны, и случайно, очень «удачно» попавших в правильное сочетание обрядовых действий. А может и не случайно. Вызвать они никого не вызвали, плюшек от дьявола никаких не получили, что закономерно, а вот землю загадили изрядно, кретины.

Теперь это стихийная свалка. Несколько групп бомжей жмутся к чадящим кострам, разведённым прямо в железных бочках, оставшихся от строителей. Некоторые бросили на дорогой автомобиль подозрительные взгляды и поспешили смыться. Мало ли чего пожаловал сюда хмырь в модном костюме. Может подбирает жертвы, чтобы пустить на органы или рабов решил наловить?

Из машины выбрался Дим. Хмуро смерил взглядом оставшихся маргиналов и тех тоже сдуло, словно ветром.

— И чего мы сюда припёрлись, шеф? Фу, вонища какая стоит.

— Помолчи немного.

Шикнул я, и преодолел расстояние отделяющее автомобиль от матово-чёрной стены, уходящей на неимоверную высоту. Стоит отойти от неё подальше и монолитная башня тьмы исчезнет, будто и не было. А вблизи она становится всё чернее и неприступнее.

Протянув левую руку я поскрёб эфемерное препятствие. Твёрдое, как сталь. Кости ладони отозвались вибрирующей болью, ногти посинели. Нет, тут я портал не открою.