— Хороший выбор, — похвалил меня Эдмунд. — Я бы выбрал эту же. Не так привлекает внимание, — он загадочно улыбнулся.
— А я могу здесь мебель сменить? — спросил я то, что меня сейчас интересовало, проигнорировав его намеки. Все-таки кое-что от привередливости со мной осталось.
— Можете, но на равнозначную или более дорогую, — не стал вредничать маклер, сразу же дав добро на смену обстановки. — Но эту не выбрасывайте. Мне наберите, я приеду и заберу, — при этих словах он протянул мне блокнотный лист с номером телефона.
— Договорились, — я тоже не из вредных.
— Если хотите, можете и новые обои поклеить, — предложил мне Эдмунд.
— Старые тоже вам вернуть? — уточнил я.
Эдмунд вновь рассмеялся своим отрывистым смехом.
— Ключи сразу заберете? — спросил он, делая намек на оплату.
— Да, сразу. Сколько с меня?
— С вами приятно было иметь дело, — приподняв шляпу, сообщил мне Эдмунд, — звоните, если что.
— Обязательно, — заверил я его, и мы распрощались.
Отступление
Начальник следственного отдела возвращался с совещания в свой кабинет. Он был хмур, не реагировал на приветствия встреченных в коридоре коллег и то и дело ускорял шаг, чтобы быстрее оказаться в конечной точке маршрута. Головачев жутко хотел курить. Почти час начальник ОВД, полковник Мохов не выбирая выражения требовал от него и начальника уголовного розыска майором милиции Лусенко усилить работу по раскрытию преступлений.
Лусенко как всегда крутился как уж на сковороде и жестикулировал руками как мельница лопастями, выгораживая своих оперов, то есть уже инспекторов, но так называть своих подчиненных Лусенко категорически отказывался.
— Почему нет взаимодействия со следственным отделом?! — напирал на него Мохов, игнорируя его изворотливость и желание свалить всё на кого угодно лишь бы отвести от себя начальственный гнев.
— Да с кем там взаимодействовать-то?! С этим Кривощековым что ли? — не менее эмоционально отвечал Лусенко. Он вместе со стулом развернулся к Головачеву и, ухмыляясь тому в лицо, заявил. — Так вы, Илья Юрьевич, расписание повесьте в какие часы он у вас бывает трезв. А то мои опера как ни зайдут, он все на раскладушке дрыхнет, — руки Лусенко при этом изобразили несколько незамысловатых фигур, а в конце монолога начальник угро всхрапнул.
— На неочевидных у нас не только Кривощеков. Еще два следователя есть, а их поручения вы не выполняете! — взорвался Головачев. Крыть карту Кривощекова было нечем, если только кивать в ответ на подобные кадры в угро. — И поручения других следователей, что на раскрытых сидят, ваши сотрудники тоже не спешат выполнять. Одни лишь отписки строчить умеют!
— Илья Юрьевич, — притормозил Головачева Мохов, пару раз хлопнув ладонью по столешнице, — мы сейчас нераскрытые преступления обсуждаем.






