ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я выпускник юридического факультета с блестящими перспективами, но судьба подкидывает подлянку: меня забрасывает в 70-е прошлого века, в державу, о которой я знал только из книжек. Встречает она меня жёстко — принудительным назначением на должность следователя в районный отдел милиции. Однако я не из тех, кто плывёт по течению. Моя цель — сбежать на Запад. А для этого, как назло, нужны средства, и источником дохода становится моя опостылевшая служба. Следак – 2 Базилио Я выпускник юридического факультета с блестящими перспективами, но судьба подкидывает подлянку: меня забрасывает в 70-е прошлого века, в державу, о которой я знал только из книжек. Встречает она меня жёстко — принудительным назначением на должность следователя в районный отдел милиции. Однако я не из тех, кто плывёт по течению. Моя цель — сбежать на Запад. А для этого, как назло, нужны средства, и источником дохода становится моя опостылевшая служба. ==================== Глава 1 Глава 1 Разбудил меня шум дождя. Настырная трель от бьющихся о стекло капель заставила открыть глаза. Надо мной нависал некогда белый потолок. Но сейчас краска рассохлась, образовав темные трещины, что обтекали давно немытые трубчатые лампы, из-за чего помещение выглядело запущенным. Повернув голову, я наткнулся взглядом на стоящий рядом со мной штатив от капельницы. Специфический запах хлорки и лекарств дополнил картину, подтвердив догадку о больничной палате. Помимо моей, здесь стояло еще три кровати, но судя по голым металлическим се

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Нас к этой работе, без сомнения, привлекут в первую очередь, поэтому прошу внимательно изучить и проработать данный вопрос, а также представить свои предложения по организации работы комиссий на местах. Особое внимание уделите комиссии по укреплению законности в деятельности органов внутренних дел, скорее всего, кто-то из вас войдет в рабочую группу.

— К какому сроку нужно представить предложения? — уточнил Назаров.

— До конца первой декады октября, — задумавшись на пару секунд, ответил Исаев.

— И не тяните, товарищи, — вторил начальнику его заместитель. — Шафиров уже на счет одной из комиссий подсуетился. Создал в Управлении группу по вопросам политико-воспитательной работы среди личного состава. И если мы затянем работу, то нас обязательно ткнут носом в его успехи.

— Так это же Шафиров, — усмехнулся Назаров, — умеет держать нос по ветру и знает как угодить министерским.

— За это его и прозвали непотопляемым, — глубокомысленно заметил Тишков.

— Непотопляемый он из-за своих связей. Знает с кем надо дружить, — некорректно высказался о заместителе начальника Управления МВД по кадрам Назаров.

— Это вы, Петр Павлович, намекаете на Свиридова, что недавно в горком перешел? — ухмыляясь, поинтересовался Тишков.

— Товарищи, товарищи! — призвал всех к порядку Исаев, пресекая обсуждения главных лиц города. — Переходим к следующему вопросу, — полковник окинул всех строгим взглядом, убеждаясь, что подчиненные вняли его предупреждению, после чего положил перед собой скрепленные скрепкой несколько листов бумаги. Рядом сидящие увидели, что это копии. — Наставление за подписью самого министра, — озвучил он название документа.

Все присутствующие напряглись. Подобного рода акты, как правило, содержали фантазии руководства на тему как тому видится эффективная работа следственного аппарата.

— Здесь говорится, — смочив горло водой из стоящего рядом стакана, начал объяснять Исаев, — давайте я лучше это зачитаю, — оборвал он себя на полуслове и, поправив очки, продолжил, — «при назначении меры пресечения следователям МВД необходимо руководствоваться нормами уголовно-процессуального кодекса, а также принципами разумности, законности и гуманизма».

— Чем, чем? — переспросил Назаров.

— Гуманизма, — сверившись с текстом, повторил Исаев и продолжил зачитывать документ дальше, — «мера пресечения не тождественна мере наказания за преступление. Она призвана пресечь потенциально вредную деятельность обвиняемого и не дать ему помешать следствию и скрыться от правосудия.