— Залог применяем по аналогии с тем, как это сделали в Индустриальном районе, — полковник вновь кивнул в сторону Головачева, — раз уж этот случай был отдельно упомянут в наставлении. То есть, только в отношении ранее не судимых, кроме того подозреваемый или обвиняемый должен иметь серьезные проблемы со здоровьем, ну и, в-третьих, все же применяем эту меру пресечения только в исключительных случаях. Так понятно? — обвел подчиненных взглядом начальник областного следственного управления, дольше всех задержавшись на своем заме.
— Постановление о применении меры пресечения в виде залога мы, понятное дело, раз велели, вынесем. Но утвердят ли его прокуроры? Ведь правовые акты министра МВД для них не являются обязательными, — вместо ответа на заданный начальником вопрос, поинтересовался Назаров.
— Не будут утверждать, будем обращаться в суд, — веско заявил Тишков и преданно посмотрел на начальника.
— А прокурорские следователи залог применять будут? — вновь обратил на себя внимание Харитонов.
— Скорее всего, нет. У них и статьи потяжелее наших, да и, насколько я знаю, Генеральный прокурор им никаких наставлений, как нам министр, не присылал, — ответил Исаев.
Все прозвучавшее на сегодняшнем совещании Головачева озадачило. Сперва запретили применять залог, а ему, как начальнику излишне ретивого следователя, пришлось целый месяц выслушивать гневные отповеди из Управления. Сейчас разрешили, да еще и велели применять опыт следственного отдела, который он возглавляет. Когда он услышал, что его следственный отдел ставят в пример на министерском уровне, его пульс участился, а с левой стороны груди защемило.
Сразу вспомнился молодой сотрудник с необычной фамилией, благодаря которому и произошли все эти волнительные события. Затем его память зацепилась за упомянутых на этом же совещании Шафирова и Свиридова, а дальше его мысли потекли в каком-то уж совсем странном направлении.
Он сопоставил то, что совсем недавно видел своего подчиненного в компании как Свиридова, так и Шафирова и обстоятельства при которых это произошло. В обоих случаях Чапыре угрожала опасность. Его ограбили и тут же прибыл Свиридов, Чапыра попал в больницу с осложнением и тут же его навестил Шафиров. Ну и что, что полковник лежал в соседней палате. Не тот человек Шафиров, чтобы просто так навещать какого-то лейтенанта.
И его просьба-приказ обеспечить Чапыре раскрытие серии преступлений также укладывается в эту канву рассуждений. Все указывало на то, что эти двое принимают участие в судьбе Чапыры.
Но что может связывать не самых последних лиц области с обычным милицейским следователем?
Насколько он помнил, личное дело Чапыры ничего интересного не содержало. Его подчиненный был обычным сиротой из провинции.






