ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джим Пендантон знал, что умрет. Раненый, загнанный в канал, он остался один против своры псов и гвардейцев Мергена. Старый адмирал успел разорвать нескольких ублюдков из своего «Крушителя», но плакальщик с птичьими глазами оказался быстрее. Нож, перерезавший горло, решил всё. Товарищи ушли, и это было единственной его победой. Я — Итан Шелби. В моей конторе пахнет пылью и безнадегой, а в голове шумят предвестники — тени, которых нет, и голоса, которых не слышит никто, кроме меня. Война сделала со мной то, что не смогли пули искиров. Долги копятся, клиентов нет, и даже дождь, кажется, издевается. Звонок старого приятеля — и на пороге возникает Хенстридж, изобретатель, который умирает быстрее, чем говорит. Его лабораторию обчистили, а вместе с записями исчез прототип аппарата для очистки мотории. Он сулит золотые горы, лишь бы я отправился в Риерту. Но этот город — осиное гнездо, где каждый второй готов всадить нож в спину, и я слишком хорошо это помню.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они хотят разрушить основы государства, какая уж тут честь.

Чиновник начал переносить данные моего паспорта в толстую тетрадь с обложкой вкуса шпината.

Я мог и сам ему продиктовать.

Итан Шелби, тысяча восемьсот семьдесят пятого года рождения, тридцать шесть лет, уроженец Королевства, Хервингемм, графство Маблшир. Шесть футов и три дюйма[42] . Четырнадцать стоунов и четыре фунта[43] (приблизительно). Волосы рыжие, глаза серые. Над правой бровью небольшой косой шрам, идущий справа налево. Спинка носа деформирована слабо, без смещения. Скулы ярко выражены. Ушные раковины средние. Татуировки отсутствуют.

И так далее и тому подобное.

До начала войны, в связи со стихийным развитием железных дорог и океанских маршрутов, многое изменилось и повлекло за собой массовое перемещение большого количества народу. Пришлось пересматривать пограничные правила и думать об изменении документов. У каждой страны были свои стандарты, и порой у людей, отвечающих за проверку подобных бумаг, мозги кипели. В итоге службы просто перестали проверять паспорта, а потом их и вовсе отменили в большинстве развитых стран.

Все потребовалось менять с началом войны. Опасение проникновения шпионов искиров и чужаков, внезапно оказавшихся в расположении частей или в тылу, а также возможных диверсий заставило Королевство ввести новые паспорта.

Моя страна задала стандарт, который подхватили остальные, сделав документы граждан по образу и подобию. Теперь ему следуют все, даже искиры, и поговаривают, что в самое ближайшее время к описанию, подписям и печатям в синюю книжицу будут вкладывать бумагу с дактилоскопической картой. А затем, если получится, станут клеить и маленькую фотокарточку, как только поймут, как ускорить и удешевить процесс проявки изображения.

Чиновник закончил вносить мои данные, вернул паспорт:

– Удачного дня.

На выходе из здания пес шоколадного вкуса, искирской породы, сидевший у ног одного из жандармов, глухо гавкнул.

– Везете что-то запрещенное? – Охранник опустил ладонь вниз, и вышколенный зверь, подчиняясь команде, умолк.

– Нет.

– Могу я посмотреть вашу сумку?

Я не горел желанием, чтобы рылись в моих вещах, но скрывать мне было нечего, и упираться рогом – это вызвать к себе ненужное внимание. Представители закона в Риерте ребята довольно нервные. А недопонимание никому из нас совершенно не нужно.

– Будьте любезны.

Он провел меня через зал в небольшую комнату.

Здесь стоял стол, два стула, маленькая лампа с зеленым абажуром и открытый сервант, заваленный пыльными кипами бумаг. Было видно, что ими не пользовались со времен свергнутого дукса.