ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. Три дня Индиго Сергей Лукьяненко Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. ==================== Часть первая. Глава 1 Часть первая. Глава 1 Глава первая Обычно я на ночь плотно задёргиваю шторы. Не люблю, когда лунное кольцо светит в глаза. Но эта ночь была слишком хорошей. Дождь прошёл и кончился к полудню: тёплый дождь в последний день марта. Воздух был в самую меру прохладным, так, чтобы можно было всю ночь лежать без одеяла и лишь под утро укрыться. Поэтому я оставил окно распахнутым, смотрел на потолок, где бегали тени от фонарей, слышал редкий гул машин, шаги и голоса запоздавших прохожих. И разговаривал с Дариной. — К нам сегодня привезли девочку, — рассказывала она. — Большая уже, четырнадцать лет. Спрыгнула с балкона пятого этажа, вся поломалась. Я поморщился, спросил: — Дурында. Из-за несчастной любви, конечно? — Нет. Чтобы стать Изменённой. Мне кажется, её могли и люди вылечить, позвоночник цел. Но родители не выдержали, привезли к нам. — Такую взрослую? — Мы берём и в этом возрасте. Если иного выхода нет. А она сказала, что спрыгнет снова или выпьет отраву, если её не возьмут. — Взяли? — Да. — И… что? — Пока жива. Дня через два будет ясно, как сработал мутаген. — А ты уже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Глупость спросил.

— Ничего, — ответила куколка. — Это у всех бывает. Ты не бойся за меня, я не стану пищать. И ничего не буду хватать и лезть куда попало. Нас учат дисциплине.

— Вот в этом я сомневаюсь, — признался я.

Мы были уже перед дверью, а Лихачёва ещё не наблюдалось. Пробок в Москве нынче нет, слишком дорогой бензин, но ведь могло его что-то задержать?

— Зайдём, — решил я и взялся за ручку двери.

Дверь открылась легко. Комок действительно ждал моего появления.

Я вошёл первым, огляделся.

Ну, всё как обычно. Глухая стойка прилавка из того же непонятного бугристого материала, что стены и потолок. За ней — метра два пространства, далее плотный занавес.

Прохладно.

— Эй! — позвал я. — Есть кто?

Всё-таки я не был уверен, что Продавец мёртв.

Тишина.

Наська попыталась высунуться вперёд, я придержал её за плечо.

— Можно войти? — снова позвал я.

Нет ответа.

— Пахнет, — сказала Наська.

— Чем? — я насторожился. У куколок чувства развиты куда сильнее, чем у людей. — Кровь?

— Нет… химия какая-то. И озон.

Я принюхался. Да, пожалуй, слегка пахло грозой. Химических запахов я не ощущал.

— Хорошо, — решил я. — Стой пока тут.

И двинулся вперёд.

Продавца я увидел, когда подошёл к прилавку. Он лежал сразу за стойкой, вытянувшись в полный рост всей массивной тушей, замотанной в серые и песчано-коричневые тряпки. Из-под одежды, будто ноги, торчали толстые металлические штыри, с растопыренными, будто птичьи лапы, опорами. Под телом расплылась большая липкая лужа густо-синей жидкости.

— Что за… — сказал я и, опёршись на стойку, перепрыгнул к Продавцу. Наклонился, посмотрел в проглядывающее сквозь ткань лицо. Глаза были закрыты, лицо казалось мёртвым.

В общем, мёртвым оно и было.

За спиной легонько стукнуло — я обернулся, обнаружил, что Наська стоит на прилавке. Похоже, запрыгнула прямо с пола.

— Мёртвый, — сказала Наська. — Это он пахнет.

Да, теперь я чувствовал идущий от Продавца запах. Он не был неприятным, он вообще казался неживым, это был запах сгоревшей электроники и разлившейся химии.

— Вашу ж мать… — сказал я, глядя на торчащие из-под одеяний металлические «ноги». — Вы что, роботы?

— Это механическая жизнь! — прошептала Наська с явным восхищением. — Перед нами сломанный автопродавец!

Я осторожно приподнял подол одежды. Металлические ноги ожидаемо имели что-то вроде сустава в районе колена, а заканчивались в рифлёном и явно металлическом цилиндре. Уже догадываясь, что увижу, я засучил Продавцу рукав. Кисть, на вид совершенно человеческая, в районе запястья была насажена на металлический стержень.

В общем, если бы ребёнка попросили изобразить робота — он бы примерно так и нарисовал. Не хватало разве что носа-лампочки.

Наська спрыгнула ко мне, тоже наклонилась над телом (если, конечно, сломанную машину можно так называть).