ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Расшифровка генома заставляет насторожиться: кажется, биологический таймер почти на нуле. За миллионы лет эволюция навешала на наши хромосомы столько лишнего, что в какой-то момент эта ноша перевесит — и вид просто лопнет. Думая о том, что впереди, ловишь себя на вопросе: существует ли коллективный иммунитет человечества, то есть защитный механизм вида, — и каким он может быть в реальности или в гипотезах? Знахарь Александр Сапегин Расшифровка генома заставляет насторожиться: кажется, биологический таймер почти на нуле. За миллионы лет эволюция навешала на наши хромосомы столько лишнего, что в какой-то момент эта ноша перевесит — и вид просто лопнет. Думая о том, что впереди, ловишь себя на вопросе: существует ли коллективный иммунитет человечества, то есть защитный механизм вида, — и каким он может быть в реальности или в гипотезах? ==================== Пролог Пролог Мир не наш, но так похож замашками на все наши посконные, творящиеся за окнами и околицами неурядицы, что почти не отличается от знакомого всем оригинала. Так, чуть-чуть там кого-то пятьдесят лет назад недоубили, чуть-чуть здесь иначе сделали, а то и не сделали, а в основном не самая кривая калька. Пролог «…мир, как бы это пафосно ни звучало, стоит на пороге глобального кризиса…». «…исследования человеческого генома приводят нас к настораживающим выводам, что запущенный природой обратный отсчёт вот-вот закончится. Слишком много разных „хвостов“ за миллионы лет прицепилось к нашей ДНК в процессе эволюции и когда-

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если кто-то думал, что провинциальный выскочка бросится грудью на баррикады, то он жестоко ошибся. Вся аристократия столицы заблуждалась относительно новоявленного императорского родственника. Дамы и барышни, а следом их мужья, вставшие на сторону князей Гагариных, пожалели о принятом решении. Кто раньше, кто позже, ни никто не остался обделённым. Первыми пострадали дамы, было возрадовавшиеся поступлению из Н-ска в Москву элитной косметики. Многие из них даже отметились на сетевом столе заказов персональных наборов и были неприятно удивлены отказам. Прозрение наступило, когда княгиня Усова снизошла до высшего света с объяснениями, что барыни и барышни хулили того, кто изготавливал для них мази, бальзамы, крема и примочки. Отныне о них они могут забыть навсегда. Господин Огнёв категорически отказался работать с теми, кто встал на сторону Гагариных. Пользуйтесь, уважаемые, французским ширпотребом из дерьма улиток и слизи жаб и будет вам счастье. Княгиня прекрасно знала за какую струну души зацепить противниц и на что давить, ведь никаких нервов не хватит из приёма в приём видеть мерзавок Усову и младшую Барятинскую, щеголяющих безупречной кожей и чуть ли не светящимися волосами, когда тебе оное счастье априори недоступно из-за собственной глупости. Удар по самолюбию и по высшему обществу (или считающим себя высшим обществом) оказался сокрушительным. Аристократия с приближёнными раскололась на несколько лагерей. Мужья обиженных дам, подначиваемые оскорблёнными супругами, попробовали что-то предпринять, но от кардинальных мер отказались в силу того, что Его и Её Величества приняли нового родственника, которому на негласный бойкот и закрытые двери великосветских домов и салонов оказалось плевать с высокой колокольни (с такой-то поддержкой можно не только плевать…). Некоторые, при случае, гадили по мелкому, но спустя пару лет такие господа вдруг стали замечать существенное падение прибылей с ростом различных неприятностей. У некоторых не совсем законопослушных господ или у их отпрысков, привыкших к разгульной весёлой жизни, неожиданным образом возникали проблемы с криминалом, контролирующим популярные увеселительные учреждения с казино и ночными клубами, причём Иваны или молчали, набрав воды в рот, или показательно отходили в сторону, никак не комментируя свои действия, а ещё через пару лет за правым плечом княжны Вяземской появилась мрачная тень, таинственным образом связанная с возмутителем спокойствия. В общем, проблемы сыпались, как из рога изобилия. Год за годом от лагеря Гагариных по тем или иным причинам откалывались союзники и сочувствующие.