Что ж, значит, придётся методично рубить эти мерзкие щупальца по одному, пока не доберёмся до головы.
Ирен задумчиво кивнула, нахмурив брови.
— Партнёр Малина… Возможно, это его влиятельный коллега, обладающий реальной властью Консорциума в Копях Кротоса? Кто-то явно достаточно важный, иначе с чего бы Барнольд Глубинный всерьёз задумался о том, чтобы пожертвовать больше двух миллионов золота в неделю ради его умиротворения и спокойствия.
Я задумчиво потёр подбородок, чувствуя под пальцами жёсткую вечернюю щетину. Цифры крутились в голове, выстраиваясь в сложную схему. Больше двух миллионов золотом — это колоссальная сумма. И ради кого?
— Чертовски важная фигура, — мрачно отозвался я. — Жаль только, что у нас нет имени этого «мистера Икс», или хотя бы крошечного намёка на каналы связи, по которым Консорциум общается с ним. Никаких зацепок.
— Будет совсем непросто влезть в его дела, — согласилась Ирен, поправив складки своего платья. Её лицо оставалось сосредоточенным, отражая холодную расчётливость опытного политика.
Да уж, раскопать информацию о таинственном преступном боссе, скрывающемся среди параноидально-замкнутых тёмных эльфов в Копях Кротоса — задача почти невыполнимая. Эта подземная раса славилась тем, что обожала устраивать жестокие, изощрённые расправы над любым, кто посмеет без приглашения сунуться в их мрачные владения. У них там, в глубине, действовали свои правила игры, и чужакам в ней отводилась лишь одна роль — т роль дичи. Я не питал иллюзий на этот счёт.
— Хотя… Если тёмные эльфы так слепо уверены в своей неуязвимости и изоляции, возможно, этот неизвестный контролирует свою организацию слабее, чем Малин на поверхности, — добавил я, озвучивая пришедшую в голову геймерскую логику. — Любая замкнутая система со временем начинает гнить изнутри, если нет внешней угрозы, это может стать нашей лазейкой и отличным способом вытянуть свежую информацию о Консорциуме изнутри. В конце концов, нам в любом случае придётся разобраться с их деятельностью в Копях, чтобы вырвать эту заразу с корнем.
— В таком случае есть только один реальный путь, который мы можем использовать, — произнесла Ирен, наградив меня весьма многозначительным пронзительным взглядом зелёных глаз. Она слишком хорошо меня знала.
Я с трудом сдержал тяжёлый вздох, прекрасно понимая, на чью именно помощь она намекает.
— Я пропал с её радаров почти на полтора года. Элариэна будет рвать и метать, если вообще согласится со мной заговорить, а не попытается прикончить на месте при первой же встрече. Тёмные эльфийки не славятся добродетелью всепрощения.
Моя жрица лишь слегка улыбнулась, а её изумрудные глаза хитро заблестели в мягком свете магических ламп.






