ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В далёком будущем живёт заурядный полукровка из небогатой семьи. Школа позади, впереди — планы на жизнь, но реальность ломает их, и приходится искать новые пути в условиях жёсткого дефицита времени. Любая оплошность здесь обернётся бедой, ведь этот мир — поле игр Сильных Мира Сего, а пешки в них обычно не задерживаются. Полукровка Василий Горъ В далёком будущем живёт заурядный полукровка из небогатой семьи. Школа позади, впереди — планы на жизнь, но реальность ломает их, и приходится искать новые пути в условиях жёсткого дефицита времени. Любая оплошность здесь обернётся бедой, ведь этот мир — поле игр Сильных Мира Сего, а пешки в них обычно не задерживаются. ==================== Глава 1 Глава 1 Глава 1. Тор Йенсен. 5 июня 2469 по ЕГК [1] . …Последняя ниточка паутины, которую я расчетливо плел с самого начала воистину бесконечного боя, заняла нужное место на сорок седьмой минуте и не встревожила ни одну из будущих жертв. Правда, для этого пришлось здорово постараться. Сначала страшно измотать очередную пару противников, правильно ошибиться в атаке и позволить Селиверстову вцепиться в рукав промокшего кейко-ги[2]. Затем «не заметить» одну из неровностей пола, прячущихся под пятисантиметровым слоем мутной воды, убедительно поскользнуться и лишь в самый последний момент уйти с коронного броска чертовски быстрого, жесткого и техничного парня. Ну, а в качестве вишенки на торте на мгновение «потерять концентрацию на бое» из-за треска отрывающейся завязки уваги и «зевнуть» самое нач

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пробудем в нем семь часов тридцать две минуты и выйдем в Тверь по-боевому. Корабль в зеленом режиме, так что можете расслабиться.

Не успел закончить этот монолог, как адмирал отцепился от переборки, снял шлем, уставился в объектив потолочной камеры

и задал вопрос на засыпку:

— Судя по тому, что мы заходили на струну тридцать одну минуту шесть секунд, вы воспользовались зоной перехода с коэффициентом сопряжения под три и ноль. Однако я насчитал всего девять пиков резонанса, самый сильный из которых тянул в худшем случае на два пятнадцать-два-двадцать. Это опыт или привод рабочего тела гиперпривода новой модификации?

Я невольно усмехнулся:

— Будь это приводом новой модификации, ССО проводила бы испытания в режиме строжайшей секретности и не в зонах перехода системы, которую могут захватить в любой момент.

— Об этом я, честно говоря, не подумал… — признался он и склонил голову в знак уважения: — Ваши навыки исключительны. Даже для пилотадиверсионно-разведывательного корабля. Мое почтение.

Я поблагодарил его за столь высокую оценку моих навыков, отключился от системы оповещения, сообщил Павлу Анатольевичу, что собираюсь порубиться с «Рукопашниками», на пару с ним вышел из рубки, вломился в лифт и спустил нас в трюм. А после того, как вышел из кабинки, отправил Юрченко на первую палубу, заблокировал доступ в этот отсек, снял скафандр, хорошенечко размялся и повернулся к дроидам.

Потренировался, как обычно, на износ, потом заблокировал двери кают, поднялся на первую палубу и завалился в медкапсулу. Благодаря чему поднялся в рубку полностью восстановившимся, рухнул в кресло, наговорил и отправил Переверзеву сообщение, в котором уведомил о скором сходе со струны в Твери и спросил, не в курсе ли он, что творится в этой системе, потом связался с Багром, пригласил разделить со мной трапезу и влез в терминал ВСД. Изучать «меню».

Не успел определиться с блюдами, которые захотелось умять, как приехал лифт и выпустил наружу майора Юрченко. А еще минут через десять Феникс переслал мне в ТК послание куратора, и я, включив воспроизведение, прикипел взглядом к хмурому лицу Владимира Михайловича:

— Тор Ульфович, в Твери все плохо: командование ВКС заблаговременно передислоцировало туда два Ударных флота, но разведка Объединенной Европы не лаптем щи хлебает, поэтому соединение ОЕ, заявившееся в систему чуть более четырех с половиной часов тому назад, оказалось значительно сильнее. Да, наши корабли и единственная орбитальная крепость все еще сражаются, но защищают только столицу.