Наше юное дарование вместе с Мегер и Криди обещают доставить нас к Ракс очень быстро, но быстро — это суток двое. Можете спокойно отдыхать. Вы нам нужны бодрым и самоуверенным, но не сейчас.
— Только поляк мог подложить русскому командиру такую свинью, — возмущался Горчаков, вплывая в переход и цепляясь за лестничные скобы. Появилось слабое и фальшивое притяжение.
— Только поляк бы придумал, как уложить вас отдыхать, — с гордостью ответил Лев. — Матиас боится к вам подступиться, вы ходите и на всех зыркаете…
— Я не зыркаю. Я бдю и держу вид строгий и молодцеватый, — запротестовал Валентин, спускаясь и двигаясь вслед за доктором к капитанской каюте. — Это моя обязанность.
— Дорогой Валентин, позвольте не по уставу? — подталкивая его вперед, сказал Соколовский. — Я же человек немолодой, мне простительно. Тем более, я искренне вам признателен.
— За что?
— За то, что позвали за собой на «Твен». Я уж и не думал, что под конец службы поучаствую в подобном безобразии… знаете, сколько я не прыгал с парашютом? Тридцать три года! А теперь мы увидим Ракс. Мир, в котором никто не бывал. Нет, конечно, я бы с удовольствием повозился с правнуками, у меня прекрасная усадьба к северу от Трускавца, вы не представляете, какие там воды, всем полезно и вам тоже…
Он довел Валентина до койки, что было весьма правильно — мир кружился все быстрее.
— Еще, — мрачно попросил Горчаков.
Под бдительным взглядом доктора он еще раз глотнул самодельной водки и прилег на койку. Подушка была странная, похожая на узкий валик с углублением в центре, наверное — из-за отличий в анатомии. От постели приятно пахло цветами. Женщины…
— А теперь отдыхайте, — велел доктор. — Матиаса я тоже отправлю спать, но после входа в варп. Он как-то пободрее, не в обиду вам будет сказано.
— Я просто полежу немного, закрыв глаза, — сообщил Горчаков. — Кстати… вы соврали, Лев: командир не обязан слушаться врача, он должен лишьпри слушаться к его мнению…
Закрыл глаза — и провалился в сон.
Крепкий и без сновидений.
Столовая была большая. Или как она тут называлась, может быть, как на военных кораблях — кают-компания?
Все равно большая.
Два длинных стола, видимо, для рядового состава. Два маленьких — для офицеров?
Ян и Адиан вслед за Анге направились к маленькому, где уже сидел Криди. Стул у него был высокий, вроде барного, кот сидел на нем на четырех лапах, словно намеренно демонстрируя свою нечеловеческую природу.
Анге что-то сказала, и Криди, оскалившись, сел на задницу. Выглядело это комично. Перед Криди на столе лежали десятка два пакетов, контейнеров и закрытых крышками стаканчиков. Он повел лапой, приглашая садиться. Сказал:
— Еда. Ян, Адиан, Криди, Анге. Еда.
Ян осторожно открыл один из контейнеров, поддев непрозрачную серебристую пленку.






