Что-то небывалое.
Вроде открытого нападения на планету.
«Дружба» неслась в пространстве, очень далеко от белого карлика. Раньше, когда звезда была большой и горячей, света и тепла здесь было практически как на земной орбите. Теперь — как на орбите Урана.
И космос вокруг не был пуст. Радарные экраны сияли бесчисленными белыми точками — «Дружба» словно шла сквозь рассыпанный сахар. Примитивное силовое поле корабля искрилось радужными искрами, отчетливо видимыми на визуальных экранах.
— Что это, Ксения? — спросил Горчаков.
— Зонды. Корабли, — ответила Третья-вовне. Корабль непрерывно транслировал ее обращение к Ракс, отчаянную просьбу отозваться, но ответа не было. — Наша армия. Защита.
— Они молчат.
— Они мертвы, — подтвердила Ксения. — Иначе нас бы уже сожгли.
Горчаков помолчал. Спросил:
— А что за пыль? Атмосфера с разбитых кораблей?
Несмотря ни на что, Третья-вовне едва не улыбнулась. Все-таки люди мыслили образами — красочными, но наивными.
— Нет, что вы, командир. Это обрывки фотосферы звезды. Забор энергии был слишком быстрым… Корабли на радаре не выглядят разбитыми. Да, и на наших кораблях нет атмосферы.
— Любопытно, — подал голос Уолр. — Может быть, нам не стоило этого знать?
— Не беспокойтесь, уважаемый Уолр, — ответила Третья-вовне. — Это уже не имеет значения.
Они догоняли планету, летящую по своей орбите. Случайность, конечно же, но они вышли из варпа очень удачно, близко к планете и пересекающимся курсом. Сейчас «Дружба» тормозила, сбрасывая скорость для выхода на орбиту.
— Ракс погиб? — впервые прямо спросил Горчаков.
— Да, — подтвердила Третья-вовне.
— Мои… соболезнования, — ответил командир с запинкой. — Вы хорошо держитесь, Третья-вовне.
— Иногда конец — это лишь новое начало, — ответила Третья-вовне. — Я не должна поддаваться отчаянию.
Она действительно не собиралась впадать в панику. Были различные протоколы обороны, и случившееся могло лишь выглядеть полным и окончательным концом. Ракс всегда Ракс. Они выполняют свой долг.
— Я высажусь на планету, — сказала Третья-вовне, — и выясню, что произошло.
— Скафандры? — уточнил Валентин.
— Не нужны. Атмосфера на Ракс бедная, но вполне годится для дыхания. Опасной органики нет.
— Я пойду с тобой, — сказал Горчаков.
— Валентин… — негромко произнес старпом.
Горчаков посмотрел на Матиаса. Потом потер лоб и кивнул:
— Хорошо. Конечно же. Я — дурак. Пойдет Матиас!
— Могу ли я тоже стать одним из избранных, кто ступит на вашу планету? — поинтересовался Уолр.
— Как угодно, — ответила Третья-вовне.
— Тогда, если позволите… — Бэзил откашлялся. — Я предложил бы включить в группу всех ученых корабля. Мы можем оказаться полезны!
Третья-вовне покачала головой.
— Нет, не сможете. Но если вам угодно — присоединяйтесь.






