Флот не обзавёлся миллионами экипажей по щелчку. Администраторы, гарнизоны, инженеры, связисты, коменданты, врачи, полицейские, судьи, технические команды, чиновники, ремонтники — вся эта скучная, тяжёлая, но абсолютно необходимая основа любой власти не возникает из воздуха. Мы захватили столько, что даже небольшие гарнизоны на всех занятых мирах оставить невозможно.
Тишина стала плотнее.
— Подожди… — медленно сказал Серёга. — То есть… мы их заняли, но удержать не можем?
— Можем, — ответил я. — Пока. Но не за счет землян.
— А за счёт чего?
Я кивнул в сторону, как будто там, за деревьями, стояла моя непобедимая армада
— За счёт страха. СОЛМО. АВАК. Все видели, что это такое. Пока они здесь — никто не рыпнется. Вся держится на том, что все вокруг только что увидели, как работает сила, к которой у них нет противоядия. На том, что в любой момент в нужную систему может прийти холодная машина без экипажа, вырубить всё управление, а следом из трюмов и гиперпереходов полезет такой биологический кошмар, что местные потом ещё сто лет будут детям страшилки рассказывать.
— А если их убрать? — тихо спросил Лёха.
— Всё посыпется, — так же спокойно сказал я. — Не сразу. Но быстро.
Они замолчали.
— Не в один день. Сначала где-нибудь вспыхнет «локальный кризис». Потом выяснится, что местная администрация больше не подчиняется. Потом исчезнет наш гарнизон. Потом кто-то из бывших элит Содружества поднимет голову и скажет, что Земля далека, слаба и вообще временное недоразумение. Потом подключатся старые логистические сети, деньги, связи, остатки флота, местные кланы, промышленники, офицеры, чиновники. И очень быстро выяснится, что мы держали в руках не новую империю, а горсть песка.
Серёга скривился.
— То есть… мы победили, но можем всё просрать?
— Если будем делать глупости — да.
Пауза.
— Тогда что делать? — спросил Лёха.
Я на секунду задумался.
— Да хер его знает, если честно. Нужен сильный и умный человек, который придумает, как из этого всего выкрутиться.
Они снова переглянулись.
— А если… — начал Серёга, но я его перебил:
— Уже предлагали.
Они оба сразу уставились на меня.
— Кто?
— Военные, — ответил я. — Высокие уровни. Очень высокие.
Отец тихо хмыкнул, но не вмешался.
— И что? — спросил Лёха.
— Ничего прямым текстом, — сказал я. — Но смысл простой. Земля сильная. Флот есть. Технологии есть. Территории есть. Осталось только «оформить».
Серёга усмехнулся:
— Императора посадить?
Я посмотрел на него.
— Примерно так.
Тишина повисла тяжёлая.
— И… — Лёха замялся. — Они… тебя?
Я кивнул.
— Намёками. Аккуратно. Чтобы если что — никто ничего не говорил.
Отец наконец подал голос, спокойно, без эмоций:
— А ты что?
Я усмехнулся без радости.
— А я думаю.
Пауза.
— Это же… логично вроде, — осторожно сказал Серёга. — Ты выиграл войну.






