Мыслей в голове была целая куча.
Мы вышли из гипера в расчётной точке.
Система встретила нас тишиной. Ни активных сигнатур, ни боевых построений. Только холодные каменные глыбы астероидного пояса и звезда, равнодушно освещающая всё это безобразие.
— Активных целей нет, — доложил Роман. — Имеются признаки недавнего боя.
Я и сам их видел. Остатки части нашего конвоя разлетелись по пространству. От охотников СОЛМО ничего не осталось, они самоуничтожились, когда поняли, что повреждения слишком большие для выживания, а вот от кораблей земной постройки осталось довольно много обломков. Тут было две трети охранения, но ни самой станции, ни остальных кораблей видно не было. Их утащили в прошлое. Но если в прошлом бой продолжился, то и они должны быть где-то здесь.
— Расширенный скан, — сказал я. — Ищем всё. Даже если этому «всему» несколько сотен лет.
Выпущенные из ангаров охотники разошлись веером. Мы медленно вошли в плотное астероидное поле. И почти сразу искин выдал первые совпадения.
— Обнаружены фрагменты композитной брони стандарта Земли и Содружества. Давность разрушения… предварительно — более трёхсот лет.
В рубке стало тихо.
Через несколько минут мы уже видели их — искорёженные останки звездолетов. Металл потемнел, края пробоин сгладились микрометеоритной эрозией. На некоторых обломках выросли тонкие кристаллические образования — следствие долгого воздействия излучения звезды.
— Это они, — тихо сказал Роман. — Бортовые номера совпадают.
Станцию нашли чуть позже. Точнее — то, что от неё осталось. Центральный каркас, разорванный на три крупных фрагмента, и десятки мелких секций, разбросанных среди астероидов. Один из модулей застрял в естественной гравитационной ловушке и столетиями вращался вместе с каменным телом.
— Давность разрушения совпадает с крейсерами, — доложил инженер. — Плюс-минус пять лет. Более точно можно сказать только после взятия образцов и лабораторного анализа.
Я смотрел на экран и пытался уложить это в голове.
— Значит, бой всё же продолжился здесь. В прошлом. Несколько веков назад. И потери несли не только наши, но и противник. Или остатки конвоя постарались, или… — Фразу я не продолжил, вариантов развития событий было столько, что голова кружилась.
— Похоже на то, — подтвердил навигатор. — Временное смещение станции было значительным.
— Дредноуты выдернули её далеко назад, — добавил Роман. — А дальше… обычная зачистка.
Мы вывели внутреннюю схему станции, насколько это позволяли уцелевшие фрагменты. Следы абордажа были отчётливо видны. Пробитые переборки. Взрывные раскрытия шлюзов. Но…
— Биологических остатков не обнаружено, — произнёс оператор. — Ни экипажа, ни десантной бригады, ни противника.
Я медленно выдохнул.
— Совсем ничего?
— Ничего.






