Кира первой это озвучила, когда в цитадель завели очередную партию пленных.
— Это что ещё за цирк? — тихо сказала она, глядя на седого капитана в оплавленном мундире Содружества. — У них офицерский состав как совет старейшин, а десант — мальчишки.
Заг, стоявший у стены, мрачно хмыкнул.
— Я думал, мне показалось. На поверхности то же самое было. Те, кто командовал и держался до конца, — старики. А мясо вперёд бросали молодое.
Я ничего не ответил. Уже сам смотрел на пленных и чувствовал, что картина складывается неприятная.
— Рома, — сказал я. — Подними всё, что можно, по их медотсекам и корабельным архивам. Особенно журнал повреждений после временного перехода.
— Уже копаюсь, — отозвался он.
Пока искин «Разрушителя» и наши специалисты ломали уцелевшие базы дредноута, мы допрашивали тех, кто был в состоянии говорить. Сначала молчали почти все. Упрямо. Зло. Один молодой офицер даже попытался броситься на бойца Зага, но симбиот просто сбил его с ног и прижал к палубе живым чёрным жгутом. Потом заговорил самый старый из них. Капитан дредноута.
Ему, судя по лицу и состоянию организма, было уже далеко за пределами того возраста, когда в норме вообще продолжают службу. Он сидел прямо на полу у стены цитадели, тяжело дышал и больше походил не на командира боевого корабля, а на умирающего старика, которого зачем-то запихнули в чужую форму.
— Не тратьте время, — произнёс он хрипло. — Мы проиграли.
— Это я и без тебя вижу, — ответил я. — Меня другое интересует. Почему у тебя на корабле половина офицеров вот-вот рассыплется в пыль, а абордажные группы — едва ли не дети?
Старик посмотрел на меня мутными глазами. Потом усмехнулся. Сухо, без радости.
— Потому что это не один и тот же экипаж.
В цитадели стало чуть тише.
— Объясни, — сказал я.
Он помолчал несколько секунд, будто собираясь с силами, и всё же заговорил:
— При переходе нас не просто выбросило не туда. Удар пришёлся по носовым и центральным секторам. Медицинский отсек был уничтожен сразу. Полностью. Вместе с регенераторами, запасами препаратов, хирургическими капсулами и всем персоналом смены. Аварийные медпункты и аптечки продержали нас первое время. Потом кончились. Полевых комплектов хватило ненадолго.
Рома тут же влез по внутреннему каналу:
— Подтверждаю. Медблок действительно уничтожен. Не повреждён, а именно испарён к чёрту. У них даже архивов почти не осталось по медицинскому сектору. Только косвенные записи по расходу препаратов.
Старый капитан кивнул, словно услышал.
— Мы смогли удержать корабль. Смогли посадить его на астероид. Смогли частично восстановить энергетику, оружие, некоторые системы жизнеобеспечения. Но время… — Он закашлялся. — Время мы победить не смогли.
Я уже понимал, к чему он ведёт. Но всё равно дал ему договорить.






