Секретные документы, сударь, француз выкрал из Адмиралтейств-коллегии, а это результат героической работы русских моряков [исторический факт]. А все почему? Потому, что порядка нет во флоте. И только работа моих людей позволила избежать такого позора и отдать де Лиля в Тайную канцелярию. И еще… вот тут написаны люди, которые должны быть у меня не позднее, чем через месяц, коли в Петербурге али Архангельске обретают, или полгода, если дальше. С них должны быть сняты все обвинения, повторю, все, — я чуть наклонился и зло посмотрел на своего неудачного собеседника. — Если Вы не исполните мою волю, как государя-цесаревича, станете первым человеком, которого я стану публично избегать и не только. Влияния у меня хватит, чтобы Вы вновь отправились на перевоспитание в Оренбург к моему хорошему приятелю Ивану Ивановичу Неплюеву. Вы же там работали, пока не стали вице-адмиралом? И еще. Я уже как четыре месяца назад подал проект создания Морского шляхетского корпуса с объединением Академии, новигатской роты, всех иных заведений в Петербурге. Не позднее, чем через месяц я жду ответа от Адмиралтейств-коллегии, тем более, что Военная коллегия может помочь деньгами при создании Морского корпуса. Работайте, сударь, иначе это будут делать за Вас другие.
Я подал лист с фамилиями и отвернулся, всем своим видом показывая, что и разговор закончен и господин отхватил немилости.
На листе, что дрожащими руками взял Белосельский, были написаны фамилии Петра Петровича Бредаля, Мартына Петровича Шпанберга, были и другие фамилии. В основном, кроме Бредаля, это были люди, которые уже участвовали в камчатских экспедициях, были, если без учета исследователя Дежнева, первооткрывателями американского направления. Шешковский полгода собирал сведения об участниках тех экспедиций, составил аналитическую записку о трудностях и причинах весьма скромных результатов Первой Камчатской экспедиции, как и сложностей Второй. И тут присутствовала элементарная неблагодарность и незаинтересованность властей в результате, люди, как раз сработали героически, многие сгинули. Фанатики своего дела, прорываясь через непонимание, противодействие властей, прежде всего, Охотска, смогли добиться в принципе немалого, но при содействии государства можно и многим больше.
Оказалось, что Шпанберг, который был соратником, местами конкурентом и даже соперником, уже умершего Витуса Беринга, приговорен к смертной казни, которую, по елизаветинскому обыкновению, заменили на «понижение в чине».
И за что попал в опалу? За то, что в 1743 году ему было приказано остановить свои исследования и два года этот человек вместе со своими сотоварищами просто ничего не делал, не имел средств для нормального существования.






