Оно было достаточно быстро подавлено, но необходимость тушить пожары восстаний не позволили вовремя прибыть новым пополнениям на фронт. Подняли восстание и армяне, даже выбили из малых городов и селений турок, взволновались и их соплеменники в Персии, но были быстро разгромлены в обоих государствах.
Русская армия под командованием родственничка — двоюродного моего и родного дяди Екатерины Алексеевны — Георга Людвига Гольштейн-Готорбского, которая была дислоцирована на границе Северного Кавказа, не успела прийти на помощь армянам. А вероятнее всего, Георг Людвиг даже и не предполагал такого стечения обстоятельств. Ему-то было приказано держать оборону и только демонстрировать намерения вторгнуться вглубь Османской империи. Армяне же рассчитывали на помощь, но, увы.
Что касается моего двоюродного дядюшки, то это был еще тот фрукт. Предан Фридриху Прусскому до мозга костей, его фанат, видимо, не меньший, чем в иной истории, должен быть я. Он уже писал прусскому королю, на службе которого находился, чтобы тот отпустил подполковника в Россию. Но Фридрих отказал [эпизод чуть изменен, на самом деле Георг Людвиг трижды просился на службу в Россию, но Фридрих отпустил тогда уже генерал-майора только в 1761 году и скорее потому, чтобы уже скоро ставший императором Петр не растерял своей любви к Пруссии]. Георг Людвиг прибыл в Россию только полгода назад и был более приветливо встречен императрицей, нежели мной. Нет, я включил актерский талант и выказал сверх нужного приветливость, настоял даже, чтобы дядя получил сразу генерал-майора, то есть с повышением на два чина, рассказывал ему и своей любви к дядюшке Фридриху.
Но я уже понимал, что моя игра в фаната прусского короля все больше становится в глазах общественности фальшивой. Послали новоиспеченного генерал-майора с двумя дивизиями и сворой ногайцев и калмыков на границу Северного Кавказа, он и согласно приказу там он и стоял, «не пущал турку». Это не инициативный Румянцев, который уже привык принимать решения. Шпион Фридриха в моем стане, а ничем большим дядя не был, исполнял приказ безукоризненно. А жаль, насколько я уже понимаю, окно возможностей потрепать нервы османам в том регионе было. Можно прислать вестового, получить указания, если сам не видишь перспективность активных действий, но нет.
Между тем, Бестужев-Рюмин, как канцлер, уже был готов отправиться на переговоры, что планировалось провести в Бухаресте. Скорее всего, будущую столицу Румынии придется отдать султану, но вот то, что он не отвертится от признания и Крыма российским, и иных территорий — факт. Будет русский дипломат еще и биться за то, чтобы проливы стали свободны для торговых кораблей, как и за репарации.






