Они явно уповали на свой значительный численный перевес, рассчитывая без проблем взять нас массой. И тут, у меня в голове вдруг молнией сверкнули воспоминания наших тренировок.
— Запомните, мальцы, рыцарь — это, прежде всего, всадник, — наставлял нас тогда Манфред, — А всадник, не держит оборону. Он всегда первым атакует. Пехоту же сначала сминает конём, а потом бьёт копьём и мечом. Вот так, смотрите…
Наш бой уже превращался из дистанционного в ближний. Вот теперь я и вспомнил наставления своего сержанта. Всадник против пехоты! Ну, держитесь… Быстро сунув лук в чехол у седла, я обнажил саблю и, пришпорив лошадь, сам первым ринулся навстречу врагу. Пусть я не был ещё настоящим рыцарем и мы, с конём, не были закованы в латы, подобно танку, всё равно наш удар был силён. Разбойники явно не ожидали от меня подобного хода. Первых же двоих, я, как и учил сержант, сразу же опрокинул и сбил с ног массой своего коня. Кто-то завопил от боли, угодив под копыта. И тут же, я рубанул саблей сверху вниз по голове третьего. Обливаясь кровью, разбойник рухнул на землю.
— Прочь с дороги! — вне себя орал я, завертевшись юлой и нанося удары направо и налево.
Сразу стало понятно, что мне приходится иметь дело с людьми, не очень искушёнными в ратном деле. Сражались эти мужланы довольно неумело, просто размахивая оружием как попало. Но их было много! Пожалуй, слишком много для меня одного. Я кружил, ловил ритм боя и дышал в такт ударам. Атаковал, парировал и уклонялся, заставляя врагов ошибаться. Хотел было прикончить главаря шайки, но не смог к нему пробиться сквозь плотную толпу его людей. А воспользоваться луком не было возможности — руки были заняты саблей и поводьями. Зато, мне удалось в короткой схватке быстро достать и ранить ещё нескольких нападавших. Остальные, не ожидавшие такого внезапного и решительного натиска с моей стороны, в страхе даже отпрянули от меня. Кажется, инициатива переходила в наши руки….
Но, быстро кинув взгляд вокруг, я понял, что на другом «фронте» дела обстоят не столь успешно. Часть разбойников, минуя меня, уже успела добежать до нашей телеги. Бросив поводья, Томаш схватил копьё и вступил в схватку сразу с двумя бандитами. Третий полез в телегу с другой стороны, стремясь добраться до Георгия. В азарте боя, он поначалу даже не заметил лежавшего на самом дне Ханса и тут же поплатился за свою халатность. Неожиданно приподнявшись со дна, баварец вонзил свой кинжал ему прямо в горло. Глаза разбойника округлились от боли и удивления, кровь брызнула фонтаном во все стороны, и он повалился с борта телеги.
Тем временем, Томаш успел пронзить копьём одного из нападавших и сбросить с телеги ударом ноги второго. Затем он с тревогой оглянулся на своего хозяина:
— Как вы, господин?! — крикнул он.






