ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Путь авианосного крейсера «Леонид Брежнев» не окончен. Испытатель Сергей Родин снова в гуще схватки за Ливию. Попасть на чужой американский корабль ему несложно. Настоящая задача — выбраться оттуда к своим. Авиатор 14 Михаил Дорин Путь авианосного крейсера «Леонид Брежнев» не окончен. Испытатель Сергей Родин снова в гуще схватки за Ливию. Попасть на чужой американский корабль ему несложно. Настоящая задача — выбраться оттуда к своим. ==================== Глава 1 Глава 1 Выравниваю самолёт у самой земли. Затылок прижало к подголовнику. Грудь сдавило, что не продохнуть. — Вы… вывели, — расслабился Морозов, который последние несколько секунд молчал. И на этом ещё проблемы не закончились. Яркий свет луны пунктиром перечеркнули очереди из зенитных установок. — Вправо уходим. Теперь слева. Выше, выше! — продолжал подсказывать Николай. Одна за другой рядом возникали светлые линии снарядов, выпущенных из зениток. Давно я так низко не маневрировал! Будто снова оказался в Панджшерской долине. — Свои! Свои! — кричу в эфир, да только кто меня в этих «Шилках» услышит. Ручку отклоняю на себя и набираю высоту. В последний момент вижу, как на меня мчится тёмный силуэт. Разбираться не стал. Включил форсаж. Да так, что губами не пошевелить. — Кто это? — Смотрю, — отвечает Николай, я пока делаю переворот. Вспышка, и от тёмного силуэта, будто что-то отделилось. Надеюсь, это катапультировался экипаж. Второй всплеск света, и огненный шар, в который превратился самолёт, падает вниз. Выравниваю само

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если бы Русова так волновала жизнь Егора Алексеевича, он бы землю рыл в поисках правды. А он чай заказывает с коньяком и улыбается.

— Смотрю я на вас и восхищаюсь, Сергей. Молодой, талантливый, грамотный! Герой страны и любимец публики. Я видел репортажи на французском телевидении. Знаете, француженки восхищались вашим телосложением в женских программах.

— Рад, что им понравилось. Я думал, что больше оценят пилотаж на авиасалоне.

— О! Это тоже оценили. Благодаря вам, мы уже подписали несколько контрактов на поставку МиГ-29 и Су-27. В Анголу, например. Правда, придётся нашим бывшим союзникам подождать.

— Почему бывшим союзникам? Вы и оттуда выводите советников?

— Конечно. Нам не нужна эта земля. Ресурсы? Да нам свои некуда девать. А вот как разменная монета в отношениях с нашими западными партнёрами она как нельзя кстати подходит.

Бросить на произвол судьбы народ Анголы, которые поверили нам. Теперь там снова начнётся война. Западные державы поддержат оппозицию. Те, в свою очередь, захватят месторождения ресурсов и будут их поставлять на Запад за копейки. Классическая схема!

— Григорий Михайлович, может, вы уже к делу перейдёте, — предложил я.

Дверь в кабинет открылась, и вошла девушка в белой блузке и облегающей юбке. Она поставила передо мной чай и понесла кружку Русову.

Девушка так и стреляет глазами то на меня, то на Григория Михайловича.

— Катенька, спасибо, — ответил Русов.

Секретарша медленно пошла в сторону двери, постукивая каблуками по паркету. А Григорий Михайлович оценивающе смотрел ей вслед.

— Мда, хорошо! Это я не только про коньяк, — причмокнул Русов. — К делу, так к делу. Решишь проблемы в Конго — авианосец спасём. А я знаю, что для тебя эта посудина очень дорога.

— У «посудины» есть имя. Его назвали «Ульяновск», — поправил я Русова.

Григорий Михайлович поставил чашку, посмотрел на меня суровым взглядом и надменно улыбнулся. Вот он звериный оскал! Вся подноготная души человека, который ведёт давнюю игру по развалу страны.

— Мне всё равно, как его назвали. Если допил чай, то я тебя не задерживаю.

— Я и не собирался.

К чашке так и не притронулся. Поднялся со своего места и вышел из кабинета. Надев куртку и шапку, направился вниз по лестнице. В голове были смешанные чувства. Хотелось что-то сломать или крикнуть от злости на всё происходящее.

— Да, всё именно так, — услышал я в коридоре одного из этажей знакомый мне голос.

Повернув голову, я увидел, как в одну из дверей входит преклонного возраста человек в строгом костюме и со звездой Героя Советского Союза на груди.

Тут же этот старик останавливается и обращает внимание на меня. Этот усталый взгляд, офицерскую выправку я помню ещё с Афгана.

Маршал Советского Союза Ахромеев теперь не носит мундир. Он одет по гражданке.