ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иван Оченков и Антон Перунов создали «Азовский гамбит» в жанре альтернативной истории. В нашей библиотеке доступно чтение этого произведения с телефона либо компьютера. Азовский гамбит Иван Оченков, Антон Перунов Иван Оченков и Антон Перунов создали «Азовский гамбит» в жанре альтернативной истории. В нашей библиотеке доступно чтение этого произведения с телефона либо компьютера. ==================== Глава 1 Глава 1 Звонарь Никодим был уже не молод, и забирался на колокольню с трудом. Давно следовало приискать ему замену, да все как-то недосуг было. Да и куда его тогда девать, старого? А тут такое дело, царица Катерина вот-вот должна от бремени разрешиться и как, значит, родит, надо ударить в колокол. И чтобы не позже чем иные и прочие! Первым, конечное дело, зазвонит колокольня Ивана Великого, потому как она ближе всех к Кремлю, а потом к ней присоединятся звонницы всех прочих соборов и церквей златоглавой Москвы. — И будет благолепно! — наставительно добавил отец Геронтий. — Все исполню, батюшка, не сомневайтесь, — почтительно поклонился звонарь. — Смотри мне! — внушительно прогудел священник, после чего добавил со значением, — чтобы ни как в прошлый раз! Тогда и впрямь вышло неладно, но Никодим ей-ей не виноват! Пришел к нему кум Семен, что б ему ни дна, ни покрышки, окаянному! И ведь всегда этот стрелец таков, где бы ни появился, обязательно народ до греха доведет. Вот и тогда приперся, аспид, с цельной баклагой браги и давай жаловаться, как его по службе обошли и без нагр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Первыми побежали спешенные татары, за ними потянулись черкесы, а потом все османские воины бросились назад, надеясь найти защиту за стенами своего лагеря.

Разгоряченные победой казаки и охотники погнались было за ними, но зорко следивший за ходом боя атаман не пустил их.

— Стой браты! — заорал он, гарцуя перед своими ратниками на коне. — Больно много турок, всех сразу не побьем!

— Эх, — вздохнул Митька Лунь, вытирая пот со лба. — Не пришлось сегодня пасть за христианскую веру, видать все же в монастырь уйду.

— Если ты в обитель уйдешь, оттудова все монахи разбегутся, — ругнулся на него в сердцах Родилов. — Что столбеешь, бери вон дуван собирай, или лестницы ломай да волоки в крепость!

— И то верно, — кивнул старый казак и бросился выполнять распоряжение.

Остальные последовали его примеру, и скоро все было кончено. Оружие, оставшееся от павших турок и их союзников, собрано, штурмовые лестницы изрублены и перенесены за стены, а фашины во рву частью подожжены, а частью перекочевали в Азов. Как на ходу шутили казаки: «Турки расстарались, нам дровишек приволокли, ишь какие сердобольные, ну, и мы им отплатили от щедрот». Помимо всего прочего добычей донцов стали три маленькие пушки, которые топчи имели неосторожность слишком близко подтащить к стенам цитадели, да еще знамя одного из вражеских полков.

Захватил его, точнее заметил, лично Вацлав Попел, вырвавший полотнище из рук мертвого знаменосца, и в развернутом виде принесший в крепость. Казаки и охотники, успевшие отдать должное воинскую доблесть посланного царем лекаря, встречали его одобрительными выкриками, хлопали по плечу и всячески выражали свою приязнь.

Единственным, кто не оценил храбрости чешского эскулапа оказался Панин, который к вечеру уже немного оправился от удара по голове и лично возглавил свой полк во время вылазки. Ради такого случая его побратим даже расстарался и привел ему смирного мерина, на котором он теперь и гарцевал.

— Пан Попел, вижу, воюешь ты геройски, знамя захватил! Хвалю. Только скажи мне, любезный доктор, а кто, по-твоему, должен лечить раненых пока ты тут шпагой машешь?

Вацеку не нашлось, что ответить на эту довольно мягкую отповедь.

— Немедленно отправляйся в лекарню и пока не закончишь с последним из раненых оттуда больше ни ногой! — велел полковник морщась от головной боли. — Ясно тебе?

— Куда уж яснее… — загрустил мораванин и, сунув древко трофея в руки ближайшего охотника, уже без прежней лихости, но весьма шустро зашагал в сторону лазарета, у входа в который его встретила сердитая и насупленная Нахат.

— Где ты был! — накинулась она на вернувшегося со славой молодого человека.

— В бою, — чистосердечно ответил он, но заслужил лишь новую порцию упреков.