ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сознание вернулось после аварии, и я обнаружил себя в каком-то проулке. Вроде всё на месте, я — это я. Только машины нет. И Москва вроде та, но какая-то неправильная. Следом я встретил девушку, тоже с причудами. Потом нас сцапала полиция. Но на форме у бойцов красовалось не «Полиция» или «ФСБ», а «Жандармы». Меня отделали: берцами по корпусу, затем палкой в отделении. И если мне на ходу начали лепить нелепые статьи о фальшивых купюрах, липовых удостоверениях и главным образом об атаке на особу императорской семьи, то спутницу мою выпустили сразу. Перед ней лебезили, глаз не могли оторвать и звали не иначе как Ваше Императорское Высочество! В какое же место меня занесло?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да мать вашу!

— Что? Вам мало того, что на меня навешивают кучу диких статей, грозят каторгой лет на двадцать и виселицей, а тут ещё шпионом меня пытаетесь выставить? Одуреть! Ну давайте. Чей я там шпион? Уверен, что вы докажите, что я агент разведки Гондураса и до кучи Папуа-Новой Гвинеи.

Все пятеро, включая пигалицу, молча на меня смотрели. Я заткнулся.

— А молодой человек с юмором. Он тут нам такое наговорил, что я даже не знаю. Цирк какой-то. — Усмехнулся дядька из уголовки, вернее из сыскной полиции. Меня достала вся эта хрень. Куда я попал, явно в дурку! Зло посмотрел на сыскаря.

— Вот именно, цирк какой-то тут развели. Ага, как же нет такой страны, как Россия. Я так и поверил. И ещё, Кеннеди грохнули в 1963 году в Далласе. И он был не 36, а 35 президентом. А убийство повесили на Ли Харви Освальда, сделав из него крайнего. Об этом все знают, а Вы мне тут лажу какую-то лепите.

— О чём это он? — Спросил генерал чела из уголовки. За него ответил тот, который был в форме.

— Ваше сиятельство, молодой человек утверждает, что 36 президент Северо-Американских Соединённых Штатов Джон Фицджералд Кеннеди был убит в 1963 году. В Далласе, как оказывается.

— Однако!

Ко мне шагнула девчонка. Посмотрела на кадра в цивильном, который их превосходительство.

— Господин полковник, я понимаю, что есть протокол. Но наручники снимите с него. И это не обсуждается.

— Хорошо, Ваше Императорское Высочество. — Меня тут же освободили. Я встал со стула, растёр запястья. Она смотрела мне в глаза.

— Мы не успели познакомится. Как тебя зовут?

— Андрей. Самарин Андрей.

— А меня Ольга. — Она протянула мне свою ладошку. Я её аккуратно пожал. Брови у девушки удивлённо изогнулись. Не понял? Я что опять косяк какой допустил? Посмотрел на сопровождающих её. Генерал покачал осуждающе головой.

— Высокородной даме, а тем более Цесаревне, принято целовать ручку.

— Правда? — Я смотрел удивлённо на генерала. Тот кивнул. Перевёл взгляд на девчонку. — Ну извини, подруга. Я не обучен придворному политесу. Наверное, во мне высокородности не хватает. Но я могу поцеловать, мне не в лом.

Она улыбнулась, ручку свою убрала.

— Спасибо, Андрей, но достаточно и пожатия.

Но если она смотрела на меня с любопытством, то весь мужской кагал, бывший в комнате, глядел на меня, как на врага народа. Твою душу, стоит ей уйти, как меня, сто пудово, ногами пинать будут.

Ольга обратилась к генералу.

— Граф, я очень надеюсь, что во всём разберутся и выяснят, что Андрей не виноват. Всё это, по моему мнению, простое недоразумение. И ещё, — на этот раз она взглянула на цивильного, — я надеюсь, очень надеюсь, господин полковник, что Андрея больше пальцем не тронут. Я знаю, что Корпус Жандармов много не церемонится и Ваши подопечные применяют недозволенные методы допроса.