Но мало того, что он жадно пялился на Олины ноги, так ещё и давай отжимать меня от неё. Я остановился, недоумённо глядя на непонятного перца. Он уже занял моё место и во всю выделывал коленца рядом с Олей. Я решил проявить вежливость и толерантность, чтобы не нагнетать. Постучал его двумя пальцами по плечу.
— Эй, сударь… Месье или как тебя там? Ты ничего не перепутал? Сорри, мать твою.
Он обернулся, сказал что-то, толи на французском, толи на итальянском. Я так и не понял. После чего продолжил дергаться рядом с моей невестой. Я опять постучал его пальцами по плечу. Заметил, как Ольга открыла глаза, взглянула, чуть улыбнулась и вновь закрыла свои очи, продолжая танец. Кадр оглянулся.
— Quelque chose ne va pas, Monsieur?
Ни фига не понял… Он же отвернулся и попытался приобнять Ольгу за талию, что-то говоря ей. Похоже, длинноволосый торчок решил снять ляльку на ночь, но явно попутал берега. В конце концов, это, бля, вопиющее нарушение придворного этикета и покушение на честь коронованной особы. Это в свою очередь тянет на Особый протокол. Видит бог, я не хотел мордобоя, но он не оставил мне выбора. Это я могу наплевать на придворный этикет, но больше никто, ибо потеря чести. Схватил его за хвост и оттащил от Ольги.
— Извини, мля, за мой французский. — Удар по прессу. Удерживая его за волосы, нанёс правый хук по трафарету. Отпустил его хвост и с разворота ударил ногой в грудь. Кадр улетел на землю. Ольга схватила меня за руку.
— Андрей, ты что творишь? — Зашипел она мне на ухо.
— А какого хрена он… — Начал я, но она меня прервала и потащила за руку с танцпола. Увела меня на берег.
— Андрей, обязательно было драться?
— Конечно, обязательно. Я попытался вежливо выяснить какого хрена он лезет? А ему по хрен оказалось. Наверное, посчитал себя бессмертным. Ещё немного и он бы тебе под подол полез. Или что, я должен был стоять и смотреть, как последний олень? Я себя ещё уважаю, Оля!
Она слушала меня с улыбкой, потом впилась в мои губы поцелуем, обняв за шею и прижавшись ко мне.
— Ты настоящий мавр! — Выдохнула она, оторвавшись от мои губ. Мои руки уже мяли её ягодицы через платье. — Подожди. — Она отстранилась, я отпустил её. Ольга сняла свои трусики. Бросила их на песок. Вокруг никого не было. Только музыка слышалась в отдалении со стороны кафе. — Возьми меня прямо здесь. — Зашептала она, вновь обняв меня за шею.
Шорты свалились до моих щиколоток. Я держал её за бёдра, приподняв. Наши губы слились в страстном поцелуе, моя плоть была в её жарком и влажном лоне. Грубо говоря, мягко выражаясь, трахались стоя, прямо там, при свете луны и набегающих на берег волнах.
— Можешь не прерываться, любимый. Я принимаю противозачаточные. Ещё там на яхте начала… Ох, ещё, сильнее…
Я раб своих желаний. Не прервался… Потом лежали с ней на песке.






